Теория и практика демократического образования

• Автор: Фрумин, Исак Давидович
• Шифр специальности: 13.00.01
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2001
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 300 с.

Содержание
ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА ПЕРВАЯ. ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ И ПРОТИВОРЕЧИЯ ДЕМОКРАТИЗАЦИИ ОБРАЗОВАНИЯ

1.1. Эволюция представлений о демократии

1.2. Демократия и образование поиск целостных теорий и эффективной практики

1.3. Основные противоречия демократизации образования.

1.4. Проблема отчуждения в контексте задач демократического образования. Выводы из первой главы

ГЛАВА 2 . УЧЕБНЫЙ АСПЕКТ ДЕМОКРАТИЗАЦИИ ГРАЖДАНСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ

2.1. Основания гражданского образования

2.2. Прямое демократическое гражданское образование

2.3. Инструментальная и межпредметная ориентация гражданского образования

2.4. Воспитание в рамках программ гражданского образования
2.5. Институциональный подход к гражданскому образованию
Выводы из второй главы
ГЛАВА 3. ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ДЕМОКРАТИЗАЦИИ ОБРАЗОВАНИЕ КАК ДЕМОКРАТИЧЕСКИ УСТРОЕННАЯ СФЕРА ОБЩЕСТВА
3.1. Проблема равенства образовательных возможностей
3.2. Идеи свободного образования в демократизации школы
3.3. Демократизация образовательного процесса
3.4. Демократизация управления в образовании
Выводы из третьей главы
ГЛАВА 4. ПЕРСПЕКТИВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ ДЕМОКРАТИЧЕСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ
4.1. Отражение критической модели демократии в практике демократизации. Инновационная организация деятельности.
4.2. Возрастное устройство школы как условие реализации идеи демократического образования
4.3. Институциональный контекст демократизации образования
4.4. Проблемнорефлексивный подход к построению учебных курсов по гражданскому образованию
Выводы из четвертой главы
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ЛИТЕРАТУРА


Появление многообразной общественной инфраструктуры позволяет сделать вывод о том, что «мы уже не можем говорить о нейтральной рыночной ситуации, в которой запросы определяются взаимодействием потребностей индивидов и природной средой. Современный предприниматель служит посредником . Геллнер, ; ). Однако такое общественное устройство сталкивается с проблемой отчуждения и асоциального протеста, пожалуй, не менее, чем обычная либерально-консервативная модель. Политологи связывают это с проблемой сохранения человеческого достоинства и самоуважения, с проблемой оправдания справедливости перераспределения благ (Moon, ; ). Критики такого социального устройства ратуют за подлинное вовлечение людей в дела общества, а не только за их “прокормление”. В российской ситуации видно, как нередко механизмы социального обеспечения порождают иждивенческие настроения, усиливают неэффективное использование общественного достояния. В то же время обвальный и полный отказ от соблюдения социальных прав граждан приводит к росту политического отчуждения и социально-психологического напряжения. Особенно острым этот вопрос является для образования. Ведь право на образование и на охрану здоровья детей рассматривается как важнейшее социальное право. Мы уже отмечали, что истоки неэффективности описанных выше моделей демократии критики видят не столько в моральной несостоятельности демократических постулатов и реальных механизмов, сколько в упрощенности используемых теоретических моделей. В свою очередь эти модели - результат и проявление слабости самого метода социального анализа, базирующегося на идеях Просвещения, на культе Разума и рациональной дискуссии. Отказ от доминирования рационализма привел к появлению постмодернистской интеллектуальной культуры. Видный представитель американской постмодернистской педагогики А. Жиро так характеризует поворот традиции: «. Освенцима, и с научным творчеством, сделавшим возможной трагедию Хиросимы. Это время, когда человек не рассматривает себя подчиненным судьбе. Это век, в котором сквозь величественные описания освобождения, приходящего Справа или Слева, проступают черты террора и репрессий. Это такой момент истории, когда культура больше не рассматривается как вотчина белых мужчин, чьи вклады в искусство, литературу и науку образуют область высокой культуры. Мы живем в такое время, когда возникает серьезный вызов модернистскому видению мира, в котором знание почти отождествлено с европейской моделью культуры и цивилизации” (Giroux, ; 2). Ого связано с тем, что терминология не устоялась и содержание приведенных выше терминов нередко полностью или частично отождествляется. Это связано и с тем, что все эти термины (применительно к идее демократии) являются шагом в направлении от социального позитивизма, от претензий на абсолютную истину, к признанию ключевой роли многообразия и обновления. Критические теоретики (так они сами себя называют) начинают прежде всего с обнаружения и анализа тех проблем, которые не решены в существующих моделях общественного устройства. Из обсуждения возможных путей решения этих проблем и вырастает новая (плюралистекая и (или) критическая) модель демократии. Критические теоретики полагают, что новая концепция общественного устройства становится необходимой и возможной не только потому, что решает накопившиеся проблемы, но и потому, что она отвечает современным тенденциям развития цивилизации. К таким тенденциям относятся: глобализация экономики и политических отношений; встреча и усиление взаимозависимости различных культур, включая восточные и африканские культуры; активизация культурного империализма западной цивилизации, у которой появились мощные средства в виде новых средств коммуникации и масс-медиа, новый тип разделения труда, которое, сохраняя специализацию, обеспечивает мобильность человека в различных общественных и экономических структурах. Поэтому идеи критической или плюралистской демократии подтверждаются сложностями распространения идей политической демократии в бывшие тоталитарные страны.