Эстонский рунический напев и методика его исследования

• Автор: Липпус, Урве Энделевна
• Шифр специальности: 17.00.02
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 1984
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 232 c. : ил

Введение.

Глава I. Следы исторического развития рунических напевов

в песенных записях XX века.

Глава 2. Рунический напев и просодия эстонского языка

2.1. Соотношение просодии языка и мелодии песни

2.2. Рунический стих.

2.3. Анализ акустических коррелятов ударения в рунической песне

Глава 3. Звукоряды рунической песни.

3.1. История изучения

3.2. Общетеоретические вопросы.

3.3. Звукоряды.

3.4. Ладовые явления в наиболее распространенных звукорядах
Глава 4. Строение рунических напевов
4.1. История изучения
4.2. Форш
4.3. Рефрены
4.4. Ритмы
4.5. Варьирование.
Глава 5. Моделирование, мелодий при помощи формальных
грашатшс
5.1. Транскрипция принципы и система
5.2. Моделирование при помощи формальных грамматик или метод грамматического вывода
5.3. Работа с напевами и музыковедческая оценка автоматичес1Ш порожденных напевов
5.4. Классификация по грамматике
Заключение
Литература


Но такие мелодии ближе напевам объеме терции, чем структурам, использующим весь объем сексты. Изза многочисленности таких случаев мы за основу оценки взяли не звукообъем напева, а число ступеней. А . Отделение форм с рефреном от форм без рефрена монет показаться искусственным, так как рефрен рунической песни обычно очень короткий. Это необходимо главным образом изза малого размера всех этих форм, делающего значимыми и мелкие различия. Имеются и дополнительные соображения, оправдывающие именно такую классификацию Липпус . В частности, в данной работе делается попытка выявить возможные различия в распределении этих форм, так как функционально они соответствуют одним и тем не группам песен на севере А и на юге Эстонии Аг. Монет также возникнуть вопрос, почему форма АВг три элемента считается сложнее формы АгВг четыре элемента Форма АВг характерна именно для более сложных напевов, рефрен ее обычно содержит несколько мелодических мотивов и явно образует самостоятельную часть формы. Прочие формы встречаются реже или имеют локальное распространение. Они попреимуществу состоят из большего числа строк и относятся к последней группе. Нам не удалось в рунических песнях выделить более простые и более сложные ритмические фигуры. Просодия эстонского языка оперирует в основном соотношениями длительностей речевых сегментов и не способствует развитию самостоятельного музыкального ритма. Набор разных ритмических фигур ограничен, и все они в музыкальном отношении очень просты. Отдельные интересные ритмы возникли при приспособлении ритма стиха к ритму какогонибудь движения например, качания на качелях. Но такие случаи все же нельзя считать отражающими
сложность музыкального мышления. Единственной использованной в данной работе характеристикой, которая учитывает связь напева с текстом, является функция песни по классификации Х. Тампере . Естественно, анализируемые напевы использовались не только с текстом опубликованного варианта. Но определение функции одного варианта в какойто мере характеризует и распределение напевов по песенным жанрам вообще. Нами рассматриваются пять больших фушщиональных групп трудовые песни, обрядовые песни, игровые песни, эпические песни и лирические песни. Общепринято положение, что обрядовые песни составляют самую консервативную часть песенной традиции и сохраняют ее самые архаичные элементы. Трудовые песни, во всяком случае в Эстонии, примыкают к обрядовым песням и в основном используют те же напевы см. Тампере , 1, . Самыми динамичными считаются лирические песни. Оценка консервативностиизменчивости двух остальных групп проблематична. Как в игровых, так и в эпических песнях, наряду с очень простыми напевами обрядовых песен, используются и мелодии песен явно переходной форды. Целью следующего этапа работы было выявление корреляций между тремя признаками звукорядом, формой и функцией. Результаты показывают достаточно явное сходство в распределениях звукорядов и форм, но слабую связь этих двух признаков
с функцией песни табл. Это согласуется с положением, что музыкальная сторона рунической песни относительно самостоятельна, текст и музыка связаны в основном через механизмы их генезиса, но уже не через соотношения текста и мелодии конкретных песен. Таблица . Матрица корреляций между признаками форма, звукоряд и функция. Распределение рассмотренных 2 мелодий по звукорядам и формам отражено в табл. Горизонтальные строш представляют мелодические формы в порядке увеличения снизу вверх числа частей, вертикальные строш звукоряды в порядке увеличения слева направо числа ступеней. Таким образом, мелодические форлы возрастающей сложности распределяются вокруг диагонали, идущей вверх из нижнего левого утла табливд. Описанные X. Тампере два полярных музыкальных стиля располагались бы на противоположных концах этой диагонали ранний речитативный стиль на левом нижнем, а песенный стиль на правом верхнем конце. Но наибольшее число песен сконцентрировано в центре таблицы, в области между двумя полярными стилями. Мелодии со средними характеристиками две фразы, пять ступеней встречаются намного чаще, чем любые иные структуры.