Литературное взаимодействие Франции и России и культурное самоопределение : Конец XVIII - первая четверть XIX в.

• Автор: Гречаная, Елена Павловна
• Шифр специальности: 10.01.03, 10.01.01
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2003
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 312 с.

Введение

Часть I. Французский аристократический культурный комплекс

в контексте индивидуального и коллективного самоопределения.

Глава 1. Французская эмиграция в России и проблема культурной

идентичности письма принцессы де Тарант.

Глава 2. Маргинальносгь как механизм самосознания в

автобиографических текстах В.Н.Головиной и представительниц ее круга.

Глава 3. Духовнорелигиозные аспекты французской литературы

в восприятии русских поэтов начала XIX в

Часть II. Тройственная культурная модель в системе

русскофранцузских литературных связей

Г лава 1. Юлия Крюденер и чувствительный мистицизм
Глава 2. Императрица Елизавета Алексеевна на перекрестке культур
Часть III. Освоение французской литературой русского духовного
феномена
Глава I. Россия в творчестве французских писателей начала XIX в. Аделаида
Шемен, Софи Коттен, Ксавье де Местр, Поль де Бургуэн
Глава 2. Русский миф Жермены де Сталь и Ксавье де Местра
Заключение
Приложение Библиография
Введение


Петергофа совершив совместную прогулк принцесса пишет Головиной по возвращении домой письма по несколько страниц, прерываясь то на ужин, то на краткий прием гостей, и они создают эффект существования, о котором непрерывно отдается отчет, причем этот отчет важнее самой жизни, во всяком случае составляет ее смысл. Принцесса описывает буквально вес, что попадается под руку токайское вино, в котором она размачивает бисквит, три пера, которыми она украшает шляпу, отправляясь в придворный театр, грязь гатчинских дорог, комара, убитого на пальце. Все эти детали становятся знаками рухнувшего мира и подавленною его руинами сознания. Описания, фиксирующие летучие мгновения, перемены в настроении, проникнуты неизбывной тоской по адресату и вводят письма Л. Я только что проехала мимо вашей двери, вы еще не легли, возле дома еще стояли две кареты, я бы хотела, чтобы рядом остановилась и третья. Расставшись с вами, я отправилась к гже С. Я взглянула на него и подумала, что в нем находится некто, дорогой моему сердцу, и я просила для вас благословения свыше. Мысль о вас всегда приводит меня к Богу, и я молю его о том, чтобы вы долго наслаждались тем счастьем, которым ему было угодно преисполнить вашу жизнь. Если это бумагомаранье вас немного забавляет, если мои букеты говорят вам, как вы любимы, я слишком счастлива, прощайте , л. Черты эпистолярного романа проявляются в любовном языке писем восходящем к посланиям гжи де Севинье, которые были прецедентом настоящих любовных писем, обращенных не к мужчине, а к дочери, языке, пересоздающем реальность в том смысле, что вся она сводится к сосредоточенности на одном чувстве. Языковая сеть нацелена на улавливание адресата и на создание эффекта его присутствия. Эта сеть тем протяженнее, чем неуловимее оказывается адресат. Беспрерывная стенограмма собственного существования тем подробнее, чем явственней ощущение того, что слова падают в пустоту и диалог оказывается иллюзорным. В письмах почти нет никаких признаков реакции на ответы адресата, что сближает их с женскими эпистолярными романами XVIII в. Язык писем принцессы де Тарант это язык глубокого одиночества, которое осознано и принято и является условием письма, входит в правила игры. В письмах из Гатчины этот мотив варьируется на вес лады Одна и всегда одна 3, л. Головиной, А. И.Толстая, С. Головиной. Изоляция принимается как непреодолимая Я ничего не говорю, я страдаю молча 3, об. Мое одиночество не слишком тяготит меня, его скрашивает то, что я почти постоянно думаю о вас или занимаюсь тем, что может доставить вам удовольствие 3, л. Мое одиночество ничто, мучительно, невыносимо расставаться с ним1 3, л. В то же время письма гжи де Тарант опираются на искусство беседы, которое стало отличительной чертой французской аристократии XVIII в. Разговор, в котором ценится прежде всею непринужденность формы, легкость перехода из одного регистра в другой, от грусти к шутке, определяет внутреннюю структуру писем Л. Э. де Тарант. Их содержание может быть незначительным, ибо главное сама речь несмотря на эту скудость мыслей . В форме писем силен игровой момент, использование шутливых недомолвок, намеков. Порой неожиданные переходы смешивают иерархию понятий и серьезные темы лишаются своего иератического ореола, обытовляются. Так, в одном из писем отмечается, что придворные спектакли забавляют автора, но все же не так сильно, как наш католический епископ 3, л. Тема католицизма постоянно присутствует в письмах принцессы де Тарант, начиная с самых первых, посланных из Гатчины в г. Этому способствовала сама атмосфера Гатчины, где в одной и той же церкви служили поочередно по православному и католическому обряду см. После одной из служб гжа де Тарант а она посещала и те, и другие, и католические, и православные как статсдама сообщает, что обсуждала разницу в вероисповедании греков и католиков и замечает, что маленький фат, хорошо нам знакомый то есть, шевалье дОгар Е. Г. не сказал бы лучше, чем я , л. Католические акценты усиливаются в письмах, написанных во время поездки во Францию, предпринятой осенью г.