Генезис и трансформации эпопейных жанровых признаков в прозе XX века

• Автор: Крутов, Юрий Иванович
• Шифр специальности: 10.01.03, 10.01.01
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2006
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 318 с.

Введение7 стр.

Глава 1. Критерии эпопейного повествования в западноевропейской и русской литературе XX века стр.

Глава 2. Произведения У.Фолкнера в свете проблем эпопейного

повествования. стр.

Глава 3. Поэтика произведений Д.Г.Лоуренса. стр.

Приложение 1. Д.Г.Лоуренс и Забастовка шахтеров в

году. стр.

Приложение 2. Джон Керри. Воззрения Д.Г.Лоуренса стр.

Глава 4. Эпопея ли Улисс особенности поэтики романа

Дж. Джойса. стр.

Глава 5. Эволюция эпопейных повествований в литературе

США и Англии в XX веке стр.
Глава 6. Эпопейные жанровые признаки в русской литературе
XX века. Романы И.С. Шмелева стр.
Заключение стр.
Библиографический список литературы стр.
Гегель в лекциях по эстетике, в главе Эпическая поэзия, определяя жанровые признаки древнего и средневекового эпоса, непременным условием ставил наличие в национальном сознании субстанционального содержания и в нем героического духа. Уточняя свою мысль, философ заметил Вне Песни о Нибелунгах история рода Нибелунгов представляет собой историю, как бы начисто ушедшею в небытие.
Полвека спустя Рихард Вагнер, выдающийся немецкий композитор, вдохновленный героическим эпосом древних германцев, создает драматический цикл опер, тетралогию Кольцо Нибелунга Александр Бородин, по словам В. Стасова, являясь родоначальником национальноэпической песенной симфонии, на основе русского эпоса XII века Слово и полку Игореве пишет оперу Князь Игорь. Или вот ещ признанный в XX веке научный факт В основе сюжета Ветхого Завета оказались мотивы из Шумерского эпоса о Гильгамеше история библейского потопа и т.д В обоих памятниках слышится дыхание вечности. Это только три наиболее близких примера долгой жизни эпоса. А сколько в наше время создано повествовательных произведений, в основе которой обнаружены сюжеты древних эпических сказаний. Эпос не только бессмертен, но и участвует в формировании духовного опыта нации, тем более, когда он письменно закреплен, а его герои воплощают идеалы национального характера. Автор исследования поэтики средневекового героического эпоса В.В. Тимохин заметил Секрет таинственной силы образов героической песни остается во многом не раскрытым. Он не может быть объяснен исключительно содержанием героических песен героические деяния воспевались в разные эпохи, а образов такого художественного значения не создавалось.
1 Тимохин В.В. Поэтика средневекового героического эпоса, АДД М., с.З
i бспр. . пеРеялетчи
Так что же дает долгую жизнь эпическим произведениям, тем более, когда речь идет о современной эпопее, где принципы поэтики, присущие средневековой героической песне, не могут удовлетворительно объяснить отличие современной эпопеи от других жанров
В наше время с выходом на литературную арену новых больших и значительных произведений критерии поэтических оценок значительно расширились, в том числе и по вопросу принадлежности анализируемого произведения к эпическому жанру.
Научная новизна диссертации заключается в следующем
1. Современная теория литературы, располагая новыми исследованиями в области теории поэтики, вместе с тем не имеет единой концепции в определении форм эпопейного повествования в литературе первой половины XX века, оценивая произведения выборочно. В представленной работе, опираясь на Эстетику Гегеля, труды по исторической поэтике А.Н. Веселовского, работы по проблемам современного эпоса М.М. Бахтина, этнолога I Гумилева, современных исследователей по основам поэтики эпопейного повествования русской и зарубежной литературы, Е.М. Мелетинского, М.В. и Д.М. Урновых, П.В. Палиевского, Анастасьева, А.М. Зверева, Мулярчика,
В.Кожинова, И.А. Есаулова, писателя и публициста А.И. Солженицына, автор предпринимает попытку обобщения накопленных знаний и создания теоретической основы для подхода к интерпретации произведений, имеющих в основе своей признаки эпопейного повествования.
2. Анализ принципов поэтики романов современных классиков США, Великобритании, деревенской прозы годов и русского зарубежья XX века помогает устранить некоторые спорные положения или неадекватные оценки таких произведений литературы Англии, как романы Д.Г.
Лоуренса, Дж. Джойса в литературе США цикл романов У. Фолкнера об Иокнапатофе, романы Томаса Вулфа, а также роман Дж. Стейнбека Гроздья гнева, в русском зарубежье романы И.С. Шмелева.
3. В научный оборот вводятся такие критерии оценок, как народность в е современном литературоведческом значении, историзм произведения, как сущностная содержательная категория. При этом героика событий и драматизм повествования является непременным условием эпопейного повествования. В произведениях И.С. Шмелева, написанных за рубежом, понятие народности обогащается введением в художественный оборот идеалов православного религиозного мировоззрения, христоцентризма и соборности. Наличие этих признаков в поэтике произведения позволяет говорить о влиянии его на формирование национального самосознания. В аспекте трансформации жанровых признаков эпопейного повествования подразумевается опора некоторых современных исследователей, как и писателей, на ритуальномифологическую школу анализа, широко представленную в западном литературоведении.
Практическая значимость исследования заключается в том, что е основные положения и выводы могут быть использованы в теоретической разработке и дальнейшем исследовании основ эпопейного повествования в литературе XX века. Основные положения работы могут найти применение в практике преподавания историколитературных дисциплин, в силу того, что анализ конкретных материалов значительно расширяет представление об эпопейных формах повествования.
Актуальность


Но ведь категория народности как раз и свидетельствует об этом обволакивании рассказа и его героев и также об особом характере текста, когда само повествование, его образная система соотнесены с основами национального сознания и присутствуют в мировоззрении художника. Поэтому в эпическом произведении налицо это обволакивание текста. Конечно, категория народности не исчерпывает все жанровые особенности эпического произведения. Можно ли возразить, если сказать, что к творчеству А. П.Чехова тоже применима категория народности. Безусловно применима, но его рассказы и повести своей проблематикой остаются в границах частной жизни его времени, хотя как художник и психолог он выразил суть нашего национального характера. К тому же основа эпического сюжета не бывает произвольной, служащей влиянию черт характера героя. В ней подспудно заложен некий фундамент действительного события, поэтому, кроме А. П. Чехова неверно искать эпопейные корни в произведениях И. Бунина или А. Куприна. Историчность как необходимый фактор художественного произведения тоже присутствует в эпопейном повествовании. В своей статье В. Е.Хализев обращает внимание на то, что повествовательная форма эпоса способствует глубочайшему проникновению во внутренний мир человека, говорит он и о том, что в эпических произведениях глубоко значимо присутствие повествователя. В любом эпическом произведении запечатлевается манера воспринимать действительность, присущая тому, кто повествует, свойственное ему
виденье мира и способ мышления . Ученый подчеркивает разницу между языками официального быта и духовной культуры, вводит понятие сигнификативного полюса знака и денотативного используемого в материальной культуре, говорит о семантике языка духовной культуры, о его метафоричности, соединяющей прямое и поэтическое значение в слове. При этом эпическая форма воспроизводит не только рассказываемое, но и рассказывающего, она художественно запечатлевает манеру говорить и воспринимать мир, а, в конечном счете склад ума и чувств повествователя. Положения, выдвинутые В. Е.Хализевым, безусловно справедливы, но адресованы они не только к эпосу, но к художественному произведению как таковому, тем более, ставя в качестве примеров Махабхарату, Илиаду и Одиссею в один ряд с Героем нашего времени М. Ю.Лермонтова. Е.В. Хализев по сути возвращается на позиции аристотельской эстетики о литературных родах эпосе, драме и лирике. Остается спросить автора, а как же быть с трехсотлетним жанровым развитием родов литературы, в частности, европейского романа, такого разного по составу и содержанию. Подлинное эпическое произведение мы сначала воспринимаем эмоционально, а потом уже алгеброй гармонию разъяв, судим о нем и не всегда верно. В заключение уместно обратить внимание на работу Л. А.Трубиной Историческое сознание в русской литературе первой трети XX века. Она выдвинула положение о трех художественных типах исторического сознания, присущих русской литературе XX века. Первый из них эпический, который характеризует такое повествование, где поставлены фундаментальные проблемы исторического бытия человека и народа, раскрыты ведущие конфликты времени, изображен человек в потоке истории. Исследователь, при определении художественного метода писателя, вводит понятие эпической ситуации в общественном сознании. В тексте самой диссертации дана расшифровка этого понятия, которое никак не противоречит гегелевскому требованию для эпопеи эпического состояния мира, а только дополняет его. Особенностью эпической картины мира в XX веке стало противоборство различных тенденций мирового масштаба глобальные войны, выход на историческую арену огромных масс людей. Страницы произведений о революции и гражданской войне полны сцен боев, расправ, насилия, проявления жестокости и беспощадности с обеих сторон. В сфере ее внимания наряду с другими произведениями Железный поток А. Серафимовича и Солнце мертвых И. С.Шмелева, что в свете проблемы особенностей эпического повествования не очень совместимо. Исследование Л. А.Трубиной представляет собой немалый вклад в понимание литературных процессов в России. XX столетия.