Проблема спасения в творчестве Ф.М. Достоевского : Философско-антропологический аспект

• Автор: Капилупи, Стефано Мариа
• Шифр специальности: 09.00.13
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2006
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 205 с.

Содержание
Введение
Глава I. Религиозная антропология Достоевского в философских толкованиях творчества писателя конец Х1ХХХХХ1 вв..

1.1. Творчество Достоевского в России и Европе гг. общая хара ктсристн ка.

1.2. Проблемы антроподицеи и спасения в контексте исторической трагедии XX века философское толкование творчества Достоевского с г. до наших диен

1.3. Ф. М. Достоевский в итальянской философии.

1.4. Современные литературоведческофилософские толкования творчества Достоевского

Глава II. Достоевский о человеке поиск истины на пересечении веры и разума.

2.1. Человек и космос на проблемном фоне соотношения веры и разума.

2.2. Сейчас и еще нет проблема эсхатологии и вопрос о

страдании.
2.3. Альтернатива веры и атеизма неведомые пути к истине и спасению
Глава III. Концепция грехопадения и всеобщего спасения в романс Братья Карамазовы.
3.1. Философскобогословское осмысление поиска истины Достоевским.
3.2. Любовь как философскоантропологическая проблема.
3.3. Проблема соотношения Искупления и Творения в религиозной антропологии Братьев Карамазовых
3.4. Общая и личная солидарность в грехе антропологический, психологический и философскобогословский аспекты.
Заключение
Библиография


М. Достоевский и гр. Лев Толстой. М., . С 7 Он же. О всемирной любви, по поводу речи Ф. М. Достоевского на Пушкинском празднике О Достоевском. М., . С. 9. Церковь, и восточная и западная, всегда относилась с большей осторожностью к этой книге и очень редко читает ее в контексте литургии. На самом деле взрослый христианин может эту книгу читать в качестве, с одной стороны, сказочной, с другой лирической версии того, о чем гораздо более конкретным и, вместе с тем, глубоко метафизическим образом рассказывает Евангелие от Иоанна. Книга Апокалипсис, в которой особо присутствует этот военный характер последних времен, была написана в основном, чтобы утешать и ободрять людей, а не для того, чтобы добавить нечто важное к уже богатому Откровению Божию. Единственный, и в тоже время поразительный, новый элемент это обещание, так сильно подчеркнутое именно и только Апокалипсисам у того, что . Откр , 3 и . Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже Откр , 4 при Втором Пришествии Христовом. Скорее, это не новость и святой Павел, и апостол Иоанн в Евангелии об этом также говорят новое это пафос, с которым Апокалипсис подчеркивает этот момент. См. Разные авторы. Апокалипсис и богословие надежды на франц. Париж, Разные авторы. Апокалипсис от Иоанна и апокапиптика в Новом Завете на франц. Лоуван, БарзоттиД. Размышление об Апокалипсисе на итальян. Брешия, Маджджони В. Апокалипсис. К пророческому чтению настоящего времени на итальян. Ассизи, Вестерманн К. Начало и конец Библии на итальян. Брешия, Бианки Э. Апокалипсис от Иоанна на итальян. Босе Маньяно, . Апокалипсиса, есть и остается ересью, потому что ограничивает на какойто последний срок тот статус последних времен, который похристиански имеется у всех времен после Воплощения Божия. Эти времена эсхатологические эсхатос погречески и есть последнее. Другое дело не почеловечески преодолеваемое напряжение между горизонтальной и вертикальной эсхатологией в контексте христианства. Первая говорит о возможности приблизиться к Воле Божьей и к общему счастью уже на этой земле вместе со всеми братьями человечества вторая касается внутреннего необходимого среди людей отношения человека к Богу. Это напряжение было Достоевским глубоко пережито и, более, чем в одном случае, выражено акцентами милленаризма, но он это напряжение частично решил в образе нерешения, т. Пушкинской речи , 2. Возвращаясь к памфлету Леонтьева, надо заметить, что, несмотря на полемические его преувеличения, автор достаточно хорошо понял суть мысли Достоевского. Он заметил присутствие гармонии наряду с преступлением в творчестве великого писателя и трагичность его диалектики, в которой глубоко видится особое страдание твари, напрасно обиженной и поэтому даже не способной выплакать свою боль. Так Достоевский осознал губительные опасности иной трактовки юризонталыюй эсхатологии, то есть социализма, особенно и именно для России. Социализм на Западе исторически был нередко импульсом для развития солидарности между рабочими сословиями в контексте либеральной системы. А в России стал скорее отказом от свободы и от религии. Это Достоевский, по нашему мнению, видел и предчувствовал несмотря на его оптимистическое представление о возможном и идеальном русском социализме и отдавал предпочтение ожиданию и странничеству монаха в мире, а не инженерному строительству будущего общества. См. Достоевского из письма к Н. А. Любимову от июня Нашему русскому, дурацкому, но страшному социализму, потому что в нем молодежь указание и, кажется, энергическое хлебы, Вавилонская башня то есть будущее царство социализма и полное порабощение свободы совести. Перед этой радикальной альтернативой странничества и социализма, притча Евангелия о десяти девах Мф , 1 не оказала помощи писателю и другим на него похожим русским мыслителям здравая мысль пяти мудрых дев не отдать свое масло пяти неразумным, а сохранить его для других свечей I при пришествии Жениха, не инт ересует русского странника.