Развитие понятийно-категориального аппарата у Фихте

• Автор: Мурский, Вадим Вячеславович
• Шифр специальности: 09.00.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2004
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 180 с.

СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. АРХИТЕКТОНИКА ФИХТЕВСКОЙ СИСТЕМЫ

1. Архитектоника фихтевской системы в общих чертах.

2. Отношение материальных дисциплин к собственно наукоучению

3. Взаимоотношение наукоучения и критики.

ГЛАВА 2. НАУКОУЧЕНИЕ КАК ГЛАВНАЯ ФИЛОСОФСКАЯ

ДИСЦИПЛИНА.

1. Характер собственно наукоучения.

2. Проблема завершения наукоучения.

ГЛАВА 3. ПОНЯТИЙНОКАТЕГОРИАЛЬНЫЙ АППАРАТ В РАЗВИТИИ

НАУКОУЧЕНИЯ И ЕГО ИЗЛОЖЕНИЯ
1. Топика наукоучения и изменение способа изложения
2. Характер изменения терминологии
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ЛИТЕРАТУРА


Примечательно, что между этими вариантами прошло примерно десять лет, и поэтому, пожалуй, не удивительно, что Фихте через такой промежуток времени прочитал курс лекций с таким же тематическим охватом, что и десять лет назад, чего за этот промежуток ни разу не было. Примечательно и то, что это начальный и замыкающий вариант изложения наукоучения в сравнительном анализе Михаила Брюггена. Когда Михаил Брюгген берет за основу сравнения тематическое содержание, то он обосновывает выбор этого метода на том, что сам Фихте видел свою заслугу по отношению к Канту не столько в том, что он открыл новую предметную область, сколько в том, что он систематизировал то, что до него уже рассмотрел Кант. При этом Михаил Брюгген рассматривает темы, доставшиеся Фихте по наследству от Канта, созерцательных форм пространства и времени, я мыслю, Бога, свободы, бессмергия души, нравственного закона, побуждения и т. i. . . . . I, . . . i i i i . Индивидуума и интериерсональности в сравнении с кантовскими составляют меньшинство. Т. о. Михаил Брюгген хочет проверить фихтевскую систему при помощи набора тем, доставшихся Фихте, главным образом, по наследству от Канта, а большинство из этих последних и с ещ более раннего времени, тогда как ведь сам Брюгген утверждает, что главное для Фихте было не введение новых предметных областей, а создание системы. Иными словами, это вс равно, что проверять архитектонику при помощи топики, тогда как проверять предстояло тождество или изменение самой системы. Видимо так получилось потому, что для Михаила Брюггена вопрос оставался ли Фихте верен своему изначальному трансцендентальнофилософскому учению, и правильно ли понималось это учение, имеет приоритет по отношению к формальному, по его мнению, вопросу изменял или развивал Фихте свое учение. Михаил Брюгген также лишь констатирует изменение терминологии, намекая при этом на то, что изменение терминологии является чемто несущественным и даже излишним и мешающим пониманию тождества разных изложений наукоучения по существу. Однако если вдуматься, то можно заметить, что к этому выводу об излишнем и мешающем пониманию характере изменения терминологии Михаила Брюггена толкал принятый им метод исследования, а именно метод сравнения, в основу которого положен набор основных тем, получающих свое рассмотрение в наукоучении и заимствованных в основном у Канта, т. Брюггена систематизировать Фихте. Избранный Михаилом Брюггеном метод проверки тождества фихтевской системы при помощи систематизирующихся в ней тем, т. , . i i i i . .. . 1. М. Брюгген видит то, что он хочет видеть, тогда как, по нашему мнению, надо наоборот проверять топику при помощи архитектоники системы. Ведь при принятом Брюггеном методе исследователю открылось лишь тождественное в исследованных изложениях, в этом и состоит заслуга этой работы, различие представилось лишь как различие полноты объма рассматриваемой в изложениях тематики. В связи с этим различия, которые, согласно Брюггену, бросаются в глаза, выглядят как всего лишь изменение терминологии, т. Так, например, М. Брюгген не признат тематической оригинальности Наукоучения г. Наукоучению весны г. Изложению наукоучения г. Здесь на наш взгляд уместно упомянуть имя Ганса Гливицки. Хотя он так же, как и Михаил Брюгген, рассматривает изменение терминологии как чтото негативное, скорее мешающее пониманию, чем помогающее ему, как то, что может сильно запутать сравнение различных вариантов наукоучения, однако, в отличие от последнего, он ищет поддержку не в кантовских местах в наукоучении, а в самой строгости системы, без которой вопрос о завершении и завершенности фихтевской системы может потеряться в чисто интерпретаторе ких вопросах. Таково в общих чертах состояние вопроса. Это, с одной стороны, еще раз подчеркивает актуальность темы исследования. . ii, ii i, . . i . i . V.