Формирование метода феноменологической дескрипции в философии Э. Гуссерля

• Автор: Серкова, Вера Анатольевна
• Шифр специальности: 09.00.01
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2001
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 361 с.

ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ .

ГЛАВА 1. ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЕ РЕШЕНИЕ ПРОБЛЕМЫ МНОЖЕСТВЕННОСТИ ОПИСАНИЙ.

1. Естественная установка и проблема множественности описаний 2. Феноменологическое выключение наук. Формирование

метода феноменологической редукции.

3. Язык как средство выражения идеальной предметности

ГЛАВА 2. ПРОБЛЕМА КОНСТИТУИРОВАНИЯ РЕАЛЬНОСТИ В ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНОЙ ФЕНОМЕНОЛОГИИ 1. Постановка вопроса о феноменологическом факте с позиции

редукции. Феноменологический смысл редукций

2. Проблема восприятия как конституирующей временной формы

5 3. Проблема идентичности в феноменологической дескрипции

4. Феноменологическое конституирование пространства .

5. Феноменологическая интерпретация образного сознания.
ГЛАВА 3. СУЩНОСТЬ ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОЙ ДЕСКРИПЦИИ 8 1. Феноменологическая дескрипция с позиции трансцендентальной
1 Логика очевидного.
2 Модальная логика в структуре дескриптивного анализа 3 2. Теория воображения и фантазии в феноменологии Э. Гуссерля0 3. Феноменологический и культурологический способы
производства культурных описаний. Жизненный мир
и мир культуры
4. Пример как коррелят чистых значений феноменологического
описания.
5 5. Результаты феноменологической дескрипции
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ЛИТВРАТУРЫ.
ВВЕДЕНИЕ
Важнейшим достижением феноменологии явилось то, что в ней на деле было показано, что философия может быть научным исследованием. Ее основатель Эдмунд Гуссерль , выдающийся представитель философии XX столетия, полагал, что единственным непротивосмысленным предметом философской аналитики может быть сознание, а способом, при помощи которого оно исследуется, должно стать описание, или феноменологическая дескрипция. Дескрипцию в общем можно определить как схематику феноменологического исследования, обращенного к переживаниям. Дескрипция имеет не жесткий, не систематический не категориальносистематический характер, но тем не менее она определяется рядом методологических процедур, которые являются необходимыми для феноменологического исследования сознания.
Актуальность


Очевидно, что в письме Впифамия Премудрого к Кириллу Тверскому отражаются сплетение и несовпадение двух различных культурных основ византийского и древнерусского храмового устройства, а византийская идея храма как воплощенного божественного миропорядка в описании наделяется признаками типично русского конструктивного решения. В г. Иване Грозном на Красной площади освящается Покровский собор, что на рву, более известный как храм Василия Блаженного. Девять столповых церквей на одном основании такова конструкция этой церкви, в которой полностью угасает византийский строительный канон. И в более откровенной форме в этой конструкции проявляется все та же сложносочиненная основа русского храмового строительства, дробность и тяга к пространственным вертикальным колодцам. Описание Николая Гумилева строится на иной конститутивной, как сказали бы феноменологи, основе. Несмотря на то что Н. Гумилев апеллирует к непосредственному переживанию изображает то, что вот сейчас открывается ему в прямом зрительном созерцании, текст этого описания свидетельствует о разных формах опосредования в передаче интуитивного, т. Сравнение православный храм исламская цитадель католический готический собор, которое является конструктивной основой образа, вместе с ассоциативными связками и отсылками, в которых выражается спонтанная психическая деятельность сознания, работа воображения, или, как определяет это И. Кант, слепая способность души, определяют содержание того, что как будто бы является в неопосредованном прямом конкретном восприятии. Фантазм здесь имеет место также, как и в описании Впифания. Понятие пустота как некоторая умозрительная мера определяет характер реальных наблюдаемых признаков объекта. Нет сомнения в том, что слово пустота здесь требует смыслового ироясиения. Его значение в качестве смыслообразующей конституирующей в акте восприятия предметной функции здесь скрыто, зато отчетливо обозначен смысл пустоты как своеобразного архитектонического субстрата самого константинопольского сооружения в функции как бы восприятия. Крупные гостиниановские постройки формировали тот тип грандиозного храмового сооружения, в котором пустота выступала архитектонической целью сонструкции, исходно определяющей архитектурную массу и придающей зримые качества пространству. В этом смысле пустота виэуалмэироана в византийской архитектуре, вылеплена в ней как результат собой архитектурной телеологии и особых усилий архитекторов. Заметим здесь, что мы в своем анализе описаний пока что не стоим даже на пороге феноменологии наоборот, и анализ описаний собора, и сами описания производятся на основе критикуемой Гуссерлем естественной установке, объективирующей эффекты разных форм осознания одного и того же предмета. Главное, что мы извлекаем из множественных характеристик храма, произведенных на основе естественной установки сознания, заключается в том, что реальное, которое представляет собой предмет описания разных авторов, обнаруживает свою ментальную основу, или, в соответствии с определением Э. Гуссерля, оно является интенциональным содержанием сознания . Другой телеологизм, включающийся в описание Гумилева и определяющий направление его эйдетического развития, связан с комплексом зрительных впечатлений, имеющим отношение к готике. Готическая архитектура не выходит непосредственно из тех же истоков, что и византийская, она обусловлена иными традициями, но и в этой средневековой стилевой системе исключительно важное значение также имеют контрасты пустого и протяженного. Готика задает определенный порядок зрительных ожиданий и ассоциативных отсылок. В готической архитектуре пустота перестает быть неподвижной целокупной пространственной средой, она, если можно так выразиться, здесь претерпевает существенные трансформации. Корпус готического собора выполняет роль гигантской машины, закачивающей пустоту вовнутрь, но не для того, чтобы она приняла там форму покоящейся однородной и неизменной массы. Готический храм так же, как пифагорейское небо, дышит пустотой, которая здесь движется, вибрирует и, пропущенная через фильтры храмовых стен, отстаивается и превращается в пустотуцвет, пустотузвук. В готическом сооружении архитектурная коробка это резонатор пустоты, преображающий ее и извлекающий из нее особые возможности.