Методика изучения немецкой классической поэзии в школьном курсе литературы

• Автор: Кузьмина, Елена Олеговна
• Шифр специальности: 13.00.02
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 1999
• Место защиты: Самара
• Количество страниц: 259 с.

Содержание
Введение
Глава 1. Теоретические предпосылки введения немецкой поэзии в контекст школьного изучения литературы

1. Русская и немецкая классическая поэзия в ее взаимовлиянии и

взаимопроникновении начало XIX середина XX вв.

2. Исторический аспект изучения иноязычной поэзии в школе

3. Методические пути освоения учащимися немецкой классической

поэзии в системе школьного курса литературы

4. Методы и приемы преподавания немецкой классической поэзии

на уроках русской литературы

Глава II. Организация опытноэкспериментального обучения

1. Постановка и анализ констатирующего эксперимента
2. Система уроков и результаты опытноэкспериментального
обучения. Сравнительносопоставительный анализ русских поэтических переводов с немецкими оригиналами
Заключение
Литература


Как явствует из этих цитат, теоретические взгляды Жуковского на перевод, при всей их связи с принципами классицизма, представляют и ряд оригинальных особенностей, - в частности, критическое осознание различий между жанрами по степени их "народности", внимание к чертам "простонародности" в басне, к ресурсам родного языка. Взгляды Жуковского в значительной мере отражают деятельность широкого круга русских поэтов-переводчиков -х годов, т. Многие русские поэты в ряде случаев (при переводе комедий, сатир, басен), русифицируя переводимый текст, подчеркивали в нем черты народности и жизненной правдивости. Именно так поступил Катенин в своей работе над балладой Бюргера. Леноры" Бюргера и богохульств героини, совершенно сглаженных затем в "Людмиле" Жуковского (6. С.0-1). Переводы, принадлежавшие лучшим русским поэтам XIX в. Шекспир, Шиллер, Гете, Гейне, Байрон, Гюго), заботятся - в соответствии с представлениями своего времени - о передаче своеобразия оригинала (6. С.). Жуковский в своей деятельности как переводчик уже с -х годов (т. Пушкина) начинает отказываться от классицистического метода переделок, от "склонения на наши нравы", в дальнейшем проявляя все большее внимание к передаче образов подлинника, связанных с временем и местом действия (исторические и мифологические баллады Шиллера, Гете, Уланда, Саути, "Шильонский узник" Байрона). Стихотворения, послужившие ему вначале для вольных переделок (элегия Грея "Сельское кладбище" и баллада Бюргера "Ленора"), он . Основной круг переводимых им поэтов - романтики. В последний период своей жизни он обращается к монументальным произведениям эпоса - индийского ("Наль и Дамаянти" - по немецкому переводу Рюккерта) и древнегреческого ("Одиссея" - по специально сделанному для него подстрочнику) (6. С.). Переводы Жуковского так же, как и переводы Пушкина, далеки от внешней точности. Но если Пушкин, отступая от буквы оригинала и отказываясь от воспроизведения многих деталей, вместе с тем в объекгивно обобщающей форме воссоздавал и его смысл, и общий колорит, и всю художественную специфику, то Жуковский в своих переводах по большей части бывал субъективен. Степень их внутреннего соответствия подлинникам по содержанию и по стилистической форме неравномерна (в зависимости от того, насколько близок Жуковскому переводимый автор) (6. С.). Жуковский перевел очень много, и переводы составляют едва ли не больше половины написанного им. Значение его переводов было в том, что они оставляли у читателя впечатление художественной подлинности, как будто перед читателем находилось оригинальное произведение (6. С.). Жуковский открыл русскому читателю Гете и Шиллера, Бюргера и Улан-да и многих других немецких поэтов. И открытие это слилось с теми достижениями, которые позволили ему стать реформатором русского стиха и поэтического слова, придать им свободу, естественность и гармонию, стать основоположником психологической лирики, провозгласившим в качестве высшей эстетической ценности возвышенную и благородную духовную жизнь гуманной лютости. Некоторые материально-конкретные детали оригиналов поэт изменял, суровый и грубый колорит облагораживал и утончал, усиливая лиризм и музыкальность подлинников. Исследователи подсчитали, что баллад Жуковского содержат вариаций строфических и лирических элементов - такого богатства и разнообразия не представлял ни один поэт (9. С.6). Начав с традиционных в то время вольных переводов (такова "Людмила" - русифицированная "Ленора" Бюргера), Жуковский в зрелый период дает высшую для его времени меру близости к оригиналу в переводе баллад "Ивиковы журавли", "Рыцарь Тогенбург", "Торжество победителей", "Кубок", "Поликратов перстень" Шиллера, "Рыбак", "Лесной царь" Гете. Без Жуковского не было бы русской исторической баллады - пушкинской "Песни о вещем Олеге", лермонтовской "Ветки Палестины", баллад А. К.Толстого. Со своими переводами философской лирики Шиллера и Гете Жуковский стоит у истоков русской "поэзии мысли", открывая в XIX в. Глубокая самостоятельность по отношению к оригиналу свойственна переводам Лермонтова (относящимся к - гг. Они немногочисленны (несколько стихотворений из Байрона, Шиллера, Гейне, Гете) и некоторые из них переходят в вариации на тему подлинника.