Выразительное чтение как средство постижения художественного произведения студентами - филологами

• Автор: Кочергина, Ирина Анатольевна
• Шифр специальности: 13.00.02
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2005
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 270 с.

Оглавление
Введение.1

Глава I. Теоретические основы обучения выразительному чтению студентовфилологов

1. Методологические основы преподавания выразительного чтения краткая история вопроса

2. Современная методология преподавания выразительного чтения в

педагогическом вузе

3. Формирование представления об исполнительском анализе

художественного текста в трудах методистов.

Глава II. Постижение подтекста художественного произведения как основа исполнительской интерпретации текста

1. Подтекст как литературоведческая категория. Некоторые способы

создания подтекста писателем.

2. Взаимодействие понятий текст и подтекст в работе по созданию
исполнительской интерпретации художественного произведения
3. Формирование понятия исполнительский подтекст при подготовке драматического произведения к художественному прочтению. Понятие об
авторском и исполнительском подтексте0
Глава III. Искусство чтения и анализа художественного произведения методические рекомендации к работе над исполнительским анализом и постижением подтекста при подготовке к выразительному чтению художественных произведений студентамифилологами
1. Организация экспериментального обучения на примере работы по выявлению подтекста в некоторых главах романа А. С. Пушкина Евгений
Онегин.4
2. Итоги опытноэкспериментальной работы7
Заключение9
Библиография


Его манера была некоторым преувеличением неподвижности. Идеальный баланс в этом смысле был у Ходасевича. Гумилев преувеличивал пафос, и его чтение портило то, что он не произносил нескольких звуков. Белый нажимал на свою собственную, раз навсегда усвоенную мелодию. Блок вышел на сцену прямой и серьезный. Что-то траурное было в его лице. Он стоял в левом углу эстрады, заложив руки в карманы (не то блузы, не то пиджака). Болотистым, пустынным лугом Летим. Одни. Вон, точно карты, полукругом Расходятся огни. Эта спайка слов «болотистым^пустынным. Летим. Одни. И тут, в этих стихах, сначала брошено сравнение: огни точно карты, и ^ сейчас же в него, как в реальность, мчатся поэт и «дитя». Нет, он не был найден, потому что в бесцельность летели не только те двое, но и весь мир, мир ночи, туманов и духов. Незнакомки», где, между прочим, намек и вопрос-ответ даны в их наиболее обнаженной силе, когда пейзаж становится портретом (очарованный берег, очи цветут, за вуалью и страусовыми перьями в собственном мозгу поэта). Этот «пейзаж - портрет» делает романтизм Блока почти сюрреалистическим, приближая его к нам на сверхъестественно близкое расстояние. Ахматова была в белом платье со «стюартовским» воротником (какие тогда ^ носили), стройная, красивая, черноволосая, изящная. Вестей от него не получишь больше», - читала она, сложив руки у груди, медленно и нежно, с той музыкальной серьезностью, которая была в ней так пленительна. Выделено нами - И. К.). Сохранилось немало свидетельств о чтении стихов Маяковским. Зал замирает. Воцаряется полная тишина. И, словно раскаты грома, раздается голос Маяковского. С напряженным вниманием выслушивала огромная аудитория стихи Маяковского в мастерском чтении самого автора. Каждое прочтенное стихотворение вызывало долго не смолкавшие рукоплескания. И было очевидно, что публика не устанет его слушать еще, еще и еще». Его могучий голос буквально гремел по всему зданию. Это не была декламация. Это был взрыв энергии, чувства, силы и, наконец, просто самой у человеческой души. Слушатели, захваченные необычайной силой человека, который говорил, обращаясь к ним, и голос которого колебал колонны зала, были совершенно потрясены. Многие выдающиеся актеры читали перед публикой. Вершиной актерской литературной эстрады было чтение великой трагической актрисы Марии Николаевны Ермоловой. Она читала только стихи. Ермолова далеко опередила своих современников в органичном, силой гения постигнутом понимании особенностей искусства чтения. Она никогда не «обыгрывала» литературного произведения, а проникала в его смысл, и слушателям «казалось, что она не столько читает, сколько высказывает свои сокровенные, дорогие ей мысли». Но выдающиеся представители русской драматической сцены не считали концертные выступления основным своим делом. Их выступления были еще весьма далеки от самостоятельного искусства художественного слова, которое определяется целым рядом своих, только ему присущих принципов и творческих установок. Первые профессиональные выступления мастеров художественного слова состоялись в Москве в начале -х годов прошлого века, когда талантливый и умный драматический актер Александр Яковлевич Закушняк открыл свои литературные концерты, которые назывались вечерами рассказов. Закушняк был рассказчиком. Он принимал авторский текст на себя, то соглашаясь с автором в оценке лиц и событий, то оспаривая эту оценку своим подтекстом - ироническим, недоумевающим или негодующим. Закушняк рассказывал о событиях, известных автору, словами автора, но с тем отношением к ним, какое вызывали бы эти события у него самого. Им же было сформулировано и основное положение, которым пользуются чтецы-профессионалы: «Рассказывая литературное произведение, ни в коем случае нельзя увлекаться изображением действующих в них персонажей - нужно именно рассказывать о них. Не изображать, говоря о женщине или от ее лица, женского голоса, а рассказывать об этой женщине, ее голосе, позволив себе иногда подчеркнуть и как бы проиллюстрировать характерные черты создаваемого образа выразительной интонацией».