Проблема трагического в русской музыке ХХ века : На материале творчества Д. Шостаковича и А. Шнитке

• Автор: Михеева, Юлия Всеволодовна
• Шифр специальности: 09.00.04
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 1999
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 145 с.

ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение.

Глава 1. Трагическое в образно символической структуре музыкального произведения

1.1. Образ и символ в музыке. Особенности образно символической выразительности в русской музыке

1.2. Эволюция трагического в музыкальной драме XX века.

Опера Катерина Измайлова Шостаковича.

1.3. Трагический символизм симфонии XX века.

Седьмая симфония Шостаковича. Первая симфония Шнитке . .

Глава 2. Трагическое в речи музыкального произведения

2.1. Речь как становление смысла диалогического произведения .

2.2. Трагическое вопрошание симфонии.

Восьмая и Четырнадцатая симфонии Д.Шостаковича.
2.3. Исповедальное слово музыкальной речи концерта.
i и Концерты А. Шнитке
Глава 3. Трагическое как ситуативные состояния сознания в музыкальном произведении
3.1. Парадоксальное и абсурдное трагическое.
3.2. Метамузыкальное трагическое.
Тема Гамлета в творчестве Шостаковича.
Тема Фауста в творчестве Шнитке.
Заключение . Библиография
ВВЕДЕНИЕ
Диссертация посвящена проблеме трагического в современной музыке в аспекте адекватности выражения и понимания этой категории в XX веке.
Актуальность


Происходит смена системы звуковысотной организации и отказ от логики однонаправленного развития музыкальной мысли. Концептуально и в наиболее развитом виде этот процесс находит выражение в творчестве и теоретических концепциях композиторов Нововенской школы Шенберг, Берг, Веберн . См. В.Н. Холоповой, М. Г. Арановского. В.В. Мсдушсвского, В. Д. Конец и др. Стала возможной атональность, обратимость музыкального пространства и времени. В целом, творческая практика композиторов первой половины XX века опережает развитие слушательской рецепции. Происходит разрыв связи сознания создающего и сознания воспринимающего. Музыкальное мышление XX века все более интеллектуализируется и индивидуализируется, требуя для понимания включения активного i. Личная гениальность становится техникой, по словам Дильтся. Таким образом, и понимание трагического в современной музыке связывается с активной работой воспринимающего сознания. Современные философско эстетические исследования трагического остаются, в целом, в парадигме классического видения трагического как неразрешимого конфликта, сопровождающегося человеческим страданием и гибелью важных для жизни ценностей. В эстетических исследованиях, касающихся проблемы трагического, чаще всего подчеркивается какая либо сторона этого определения историко социальная у Т. Б. Любимовой аксиологическая у Ю. Б. Борева3. В свою очередь, в работах современных музыковедов В. П. Холоповой М. Е. Тараканова Г. А. Орлова А. Цит. i ii i. . а. ., . . 6. См. Трагическое А. Ф. Лосева в Философском энциклопедическом словаре. М . С. 2. Шюбимова Т. Б. Трагическое как эстетическая категория. М. Наука, . С. 2. Борсв Ю. Б. Эстетика. В 2х тт. Смоленск Русич, . .I. С. 2. Холопова В. Н. Музыка как вид искусства. М. НТЦ Консерватория. Тараканов М. Е. Русская советская симфония. Истоки и перспективы. М. Знание, . Выл. З. С. Орлов Г. А. Русский советский симфонизм. Пути. Проблемы. Достижения. М. Л. Музыка. С. . Самойленко А. И. Катарсис как эстетическая проблема. М., . Дисс. В целом, доминирующая позиция музыковедов выражена в следующем определении А. Поэтому можно говорить о персонификации образа в музыкальной трагедии его сближении с литературными или сценическими персонажами по ясности, узнаваемости облика и об обретении музыкальной композицией черт сюжетности в силу отчетливости и постоянства семантических линий в ней У4. Трагическое в музыке, в основном, связывается с его образной выразительностью, то есть с семантически устойчивым набором выразительных средств лад, тональность, регистр, тембр и т. Таким образом, трагическое оказывается по ту сторону воспринимающего сознания, которое может лишь узнавать представленный ему трагический образ и сострадать ему. В отношении классико романтического произведения возможно остаться на уровне эмоционального восприятия музыкальной темы, фрагмента или целого произведения как трагического образа или символа зрагической эпохи. Самойленко А. И. Катарсис как эстетическая проблема. М . Дисс. С. 5. Однако, большое разнообразие музыкальной феноменологии XX века, в значительной степени отошедшей от парадигмы образно тематического мышления, создает проблемную ситуацию интуитивного слышания трагического при отсутствии классического набора признаков трагического в музыке. Трагическое обнаруживается в иронии, гротеске, парадоксе, абсурде, аллюзии, цитате и многих других явлениях современного искусства. Теоретизирование, оставшееся только на позиции конфликтно образной сущности трагического, выявляет здесь свою недостаточность. Необходимо не только узнавание внешне выраженного пространства действия классического трагического, но и переживание нового трагического, вне его пространственно образной определенности. В связи с этой проблемой, автор видит цель настоящей работы в представлении и анализе новых форм трагического в музыке XX века и обосновании определяющего значения воспринимающего сознания для его понимания.