Интерпретация понятия времени в художественной теории и практике русского символизма

• Автор: Андреева, Ольга Александровна
• Шифр специальности: 09.00.04
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2004
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 173 с. : ил.

Содержание.
Введение.
Глава 1. Трансформация темпоральной координаты в контексте эстетической теории русского символизма. История и традиция.

1.1 От декадентства к реалистическому символизму. Символ. Стиль. Традиция

1.2 Категория времени в контексте первого поколения символизма

1.3 Проблема бытования временной координаты в символизме второго поколения.

1.4 Конкретизация понятий времявечность и времямиг

1.5 Категория времени в контексте софиологических представлений Вл.Соловьева и С.Булгакова

Глава 2. Время как один из основных смыслообразующих методов символизма

2.1 Историософия символизма

2.2 Функция сновидения в контексте символистского хронотопа

2.3 Символическое время и проблема обратной перспективы.
Глава 3. Гносеологический аспект временной координаты символизма
3.1 Вертикаль времени и дух музыки
3.2 Символическая вечность и проблемы гносеологии.
Заключение
Библиография.
Введение
Литература


Для правильной дешифровки символических кодов автору необходимо было осмыслить идеи философов, современников и предшественников символизма Ф. Ницше, Вл. Соловьева, С. Булгакова, П. Флоренского, а также работы тех философов и исследователей, которые посвятили себя изучению и формированию теории мифа и символа Платона, Плотина, Ф. Шеллинга, А. Ф.Лосева, С. С.Авсринцева. Методы вычленения и анализа темпоральной координаты символизма были почерпнуты автором в исследованиях Г. П.Аксенова, М. М.Бахтина, А. Я.Гуревича, Г. Рейхенбаха, Жака Ле Гоффа. П.П. Н.Л. Быстров. И, наконец, на заключительном этапе исследования нами были изучены работы таких видных представителей современной темпоралистики, как М. Пруст, М. Хайдеггер и М. Мамардашвили, что позволило выявить непосредственную связь символического времени с предлагаемой ими временной структурой. Пользуясь достижениями и методами предшествующих исследователей, мы придем к довольно неожиданному выводу символизм представляет собой не столько художественную, философскую или какую бы то ни было другую школу, сколько школу своеобразного духовного опыта. Другими словами, символизм это прежде всего один глобальный, необычайно масштабный и У главное, очень объективный мировоззренческий эксперимент. В какойто мере этот опьгг можно сравнить с сугубо научным опытом Ивана Павлова, диктовавшего секретарю свои ощущения в часы смерти. Если исходить из этой концепции, придется признать, что вся метафизика символизма на самом деле есть не что иное, как его самая подлинная эмпирика и имеет самое непосредственное отношение к реальности жизни. Однако картина действительности, открывшаяся перед символизмом в свете этого нового опыта, вызвала огромное количество возражений со стороны традиционного реализма. Так родился растянувшийся на десятилетия спор между субъективизмом символизма и объективностью реализма. России на рубеже веков, пишет Дж. Уэст, неизбежно оказывалось, что литература, родившаяся из движения за свободу личности и утверждения автономии искусства, даже если она и позволяла искусству играть некоторую роль в социальной жизни людей, подверглась бы критике в том, что ей не хватало объективности. Однако тотальные сдвиги в ценностной иерархии и новый духовный опьгг делали подобные обвинения совершенно бессмысленными. Возражения символистов на подобные утверждения тоже очень специфичны. С одной стороны, они не устают разъяснять свое видение реальности в ее взаимоотношениях с вечными ценностями, а с другой, решительно настаивают на том очевидном для них факте, что символическое видение относится к области чистейшей эмпирики и является законной альтернативой научному методу. В году А. Белый писал в работе О субъективном и объективном Наука в своем развитии старалась обнаружить причинные связи между явлениями и посредством этой причинности ввести объективность в отношения между явлениями. Два эти метода логический и психологический в качестве своей главной цели видят достоверность и точность. О природе этой внутренней позиции символизма мы будем говорить ниже, но с самого начала нам придется привыкнуть к странному явлению, сопровождающему буквально каждый аспект символисткой проблематики постоянному возвышению точки узрения, ее постоянному качественному утончению и углублению. При этом то, что реализм называет реальностью, никуда не пропадает и не отменяется. Просто условия эксперимента у символизма другие, отличные от реалистического. Итак, символизм это своеобразная духовная практика, некий новый, внезапно открывшийся во всей полноте своей ослепительной правды внутренний опыт. Отсюда вытекает следующее важное обстоятельство как и читателю предсмертных записок Павлова, воспринимающему символизм наблюдателю придется привыкать к буквальному пониманию его теоретических текстов. Слово в символизме, по мнению С. . i i. V. Ivv i i i. . , , . А.Белый. О субъективном и объективном. В сб. Свободная совесть, кн. М.,, стр.