Экзегетика Шестоднева и представление о пространстве и времени в новоевропейской философии

• Автор: Туровцев, Тимур Александрович
• Шифр специальности: 09.00.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2006
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 160 с.

Содержание
Введение
Раздел I. Опыт соотнесения патриотического наследия с новоевропейской философией в традиции русской религиознофилософской мысли

Раздел И. Шестоднев о времени и пространстве

Раздел III. Творение и время в раннехристианских текстах

Раздел IV. Абсолютизация пространства и времени в нату рфилософии И. Ньютона

Раздел V. Учение Г.В. Лейбница о пространстве и времени

Раздел VI. Представление о пространстве и времени в докритической философии И. Канта

Раздел VII. Трансцендентальная эстетика И. Канта и патристическая

традиция
Заключение
Библиография


Западной культуры философскими и религиозными текстами и ключевыми с точки зрения соответствующей темы новоевропейскими учениями. Среди последних критическое учение И. Канта о пространстве и времени, выйдя за рамки полемики Г. В. Лейбница и С. Кларка и собственного докритичсского представления, стоит особняком, разрешая ряд затруднений, связанных с патриотической идеей совместного творения. Автор диссертации стремится показать значимость и философскую продуктивность рефлексии категорий пространства и времени в контексте общего движения философской, научной и религиозной мысли от раннехристианских мыслителей до И. Канта. Основные положения и выводы, выносимые на защиту. Экзегетика Шестоднева ранее не соотносилась с новоевропейской философией. Но при этом в традиции русской мысли есть опыт сопряжения патриотического наследия именно с философией Нового времени. Особое место в этом опыте занимает философия И. Канта. Значительный ряд русских мыслителей теоретическую философию Канта в целом и его критическое учение о пространстве и времени непосредственно относили к проблеме богопознания, познания мира и человека в духе библейской традиции. Несомненность в этом вопросе, с какой выступают представители русской религиознофилософской традиции, требует детального анализа оснований для соотнесения теоретической новоевропейской философии и патриотической мысли на примере универсальной проблематики пространства и времени. Тема пространства и времени сквозная для истории философии вообще. Вместе с тем, она находится среди тех, которые переформулируются и существенно переосмысляются вследствие рецепции и усвоения библейского послания как раннехристианскими мыслителями, так многими новоевропейскими философами. Решение вопроса о природе пространства и времени с неизбежностью влечет за собой постановку таких фундаментальных философских проблем как реальность Бога, мира, человека. Причем влияние понимания данных реалий распространяется как на содержание перечисленных сущих самих по себе, так и на их взаимное соотношение. Анализ текста Шестоднева выявляет отсутствие достаточных оснований для скольконибудь правомочного и ясного определения способа бытия и сущности пространства и времени в рамках данного текста. В то же время патриотические комментарии на Шестоднев позволяют обнаружить два существенно разных подхода к теме соотнесенности пространства и времени и миротворения. Первый состоит в том, что пространство и время творятся Богом наряду с остальным сущим, что пространство и время сопровождают творение с самого его начала. Второй подход свидетельствует об отсутствии пространства и времени в начале творения. Так формулируется идея совместного творения, которая, однако, при всей основательности и отчетливости, не получила в трудах отцов церкви достаточного развития. В результате логической нечеткости, порой непоследовательности, данная идея, несмотря на свою значимость и существенность для понимания сущности миротворения, места в нем человека, отношения его к Богу, остается весьма незавершенной вплоть до внутренней неясности и оправданности в качестве философемы. Это делает необходимым дальнейший историкофилософский поиск с целью прояснить место идеи совместного творения в общем философском движении мысли. Абсолютизация пространства и времени в ныотонианстве ведет не только к искажению традиционного христианского представления о соотношении Бога и мира, учения о творении ех шЬПо, на что указывали многие критики Ньютона, в т. Лейбниц, но и к существенному обеднению и выхолащиванию понятия Бога в себе. Эго приводит к определенному разобщению ныотонианства и библейских оснований, из которых исходят, к которым обращаются и которые как будто защищают Ньютон и его последователи. Представление Лейбница об идеальности пространства и времени, их бытии в идеях Бога, их объективности и онтологической вторичности по отношению к сотворенным вещам, несмотря на очевидное возвращение к библейским основаниям, оказывается внутренне противоречивым и неспособным пролить свет на святоотеческую идею вневременного творения в начале.