Традиции исихазма в русской религиозной философии первой половины XX века

• Автор: Семаева, И. И.
• Шифр специальности: 09.00.03
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 1994
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 335 с.

Содержание
ввдаш.
Глава I. ТРАДИЦИИ ПРАВОСЛАВНОГО ЭНЕРГЕТИЗМА В РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ XX ВЕКА

I. Идеи энергетического единства мира в метафизических исканиях русских философов.

2. Энергетический аспект софиологии.

3. Онтология света в русской религиозной философии. Глава 2. АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ АСПЕКТ ВЛИЯНИЯ ПАЛАШЗМА В РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЫ
XX ВЕКА.

I. Концепции динамической реализации личности

2. Проблема телесности в русской антропологии I5

3. йсихастские истоки философии сердца.

Глава 3. ПРОБЛЕМЫ РУССКОЙ РЕЛИГИОЗНОЙ ГНОСЕОЛОГИИ В ИХ

СООТНЕСЕННОСТИ С ТРАДИЦИЕЙ ПАЛАШЗМА.
I. Любовь как познавательный принцип в русской религиозной философии первой половины X века
2. Развитие принципа синергии в творчестве русских
религиозных философов. .
3. Традиция .христианского онтологизма в русской
гносеологии первой половины XX века.
ЗАКЛЮЧШЕ.
БИБЛИОГРАФИЯ


Она определила понимание соборности у славянофилов, натурфилософию первовещества А. С.Хомякова. Но наиболее полно идея всеединства была реализована в философских построениях Вл. Соловьева, и ею он зачаровал русскую религиознофилософскую мысль, которая в своих метафизических поисках обращалась к принципу единства в целом. Чары соловьевской метафизики всеединства повлияли на онтологические воззрения Е. Трубецкого, П. Флоренского, С. С.Франка, Н. Бердяева, Л. Карсавина. И каждый из этих философов, создавая собственную оригинальную концепцию, внес свой вклад в развитие идеи всеединства. Е.Трубецкой, следуя в русле соловьевской метафизики, критиковал философов, разрабатывавших софиологический аспект всеединства, в том числе и Вл. Соловьева, за смешение божественного творящего начала всеединства и небожественного, сотворенного, и настаивал на принципиальном различении их. Тем самым Е. Трубецкой пытался сблизить метафизику всеединства с центральным онтологическим принципом различения абсолюта и сущности мира в восточном христианстве. Различными, нередко находившимися в полемических отношениях, были взгляды на идею всеединства у С. Булгакова и П. Флоренского тварная София, у С. Франка металогическое единство, у Л. Карсавина метафизика любви. Изучение ее в связи с именем Вл. Соловьева в отечественной истории философии произошло значительно ранее, чем открылись иные имена в русской философии и иные темы, разработанные в ней1. Но можно вычленить круг проблем, которые в концепции всеединства объединялись исходной философской позицией, а применительно к русской религиозной философии, корректнее было бы сказать интуицией, непосредственно проистекавшей из православного энергетизма. Русская религиознофилософская мысль открыла в энергетизме источник своего вдохновения и значительно расширила круг вопросов, решаемых в духе и в категориях этого учения, связанного непосредственно с творчеством Гр. Паламы. Паламизм и православный энергетизм могут употребляться как синонимы, хотя паламизм не ограничивался только учением о божественных энергиях, а истоки православного энергетизма уходят гораздо далее не только Х1Уго века, но и святоотеческого расцвета 1Уго века. Однако, это не исключает близости, почти тождественности, этих явлений на энергетизме построено все богословие Паламы, но и сам энергетизм в православии был наиболее полно выражен именно в паламизме. См. Семенкин Н. С. Философия богоискательства. М., Шапошников Л. Е. Православие и философский идеализм. Горький, Кувакин В. А. Религиозная философия в России. М.,. Появились исследования, рассматривающие всю русскую религиозную философию как философию всеединства Акулинин В. Н. Философия всеединства. Новосибирск,. Поэтому понятие исихазм значительно шире по своему содержанию, чем паламизм, выражающий его теоретический уровень, а это, с точки зрения ортодоксии, не является высшим проявлением исихазма, поскольку никакая теория не может быть выше практического выражения энергийного соединения с Богом. Теория здесь имеет вспомогательный, апологетический смысл, а, значит, исихастская практика неизмеримо выше ее богословского осмысления. Эти моменты терминологического различения исихазма, паламизма и православного энергетизма существенно важны для дальнейшего рассмотрения проблемы традиций энергетизма в русской религиозной философии, хотя представители последней употребляли их чаще всего как однозначные. Следует также отметить крайне расширительный смысл, который придавался понятию энергетизм некоторыми русскими философами. П.Флоренский в идеологической родословной энергетизма, наряду с неоплатонизмом и исихазмом, перечислял Гете, Маха, утверждая, что онтологическая аксиома о связи сущности и ее энергии принадлежит к общечеловеческой мысли и находится в основании миропонимания у всех народов. Даже атеисту в умственном обиходе, отмечал он, нужны тезисы, утвержденные православным сознанием Х1Уго века века исихастских споров о природе энергий1. I.Флоренский П. А. Имеславие как философская предпосылка. У водоразделов мысли. М.,.