Социальная философия П. Я. Чаадаева и русская философская и общественная мысль XIX века

• Автор: Рудаков, Леонид Ильич
• Шифр специальности: 09.00.03, 09.00.11
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2000
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 282 с.

Содержание
ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. РОССИЯ И ЧЕЛОВЕЧЕСТВО. ОПЫТ ПОСТРОЕНИЯ РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ ИСТОРИИ

1.1.В поисках истины. Жизненный путь мыслителя.

1.2. Оценка отечественной историографии

1.3. Критический обзор просветительской философии истории. Обоснование необходимости разработки религиозной философии.

ГЛАВА 2. ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ И ГНОСЕОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ СОЦИАЛЬНОГО АНАЛИЗА

2.1 .Философия как система познания и понимания действительности.

2.2. Философия как метод познания и преобразования действительности

ГЛАВА 3. ВАЖНЕЙШИЕ ПРОБЛЕМЫ ФИЛОСОФИИ ИСТОРИИ

3.1. Пространство и время социальное измерение.

3.2.Необходимость и свобода в историческом процессе.
3.3. Религиозноэтическое обоснование социального идеала
ГЛАВА 4. ЧААДАЕВ И РУССКАЯ ФИЛОСОФСКАЯ И ОБЩЕСТВЕННАЯ МЫСЛЬ XIX СТОЛЕТИЯ.
4.1. Чаадаев и Герцсн.
4.2. Чаадаев и Чернышевский.
4.3. Чаадаев и Страхов
4.4. ЧААДАЕВ И В.С.СОЛОВЬЕВ.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ


По мнению современного ученого, Дендизм в России представлял собой наивысшую степень развития европеизма, как умонастроения, еще не породившего историософской доктрины 4,5. Этот стиль мышления и поведения входит в моду сразу же после окончания войны против Наполеона и сохраняется на протяжении всего XIX столетия. Первыми денди были Чаадаев, Грибоедов, Пушкин, Вяземский, Гнедич, Каверин, позднейшими И. С.Тургенев, А. С.Дружинин, молодой Л. Н.Толстой, К. Н.Леонтьев. Формирование нового типа личности в раннюю пору дендизма интенсифицировалось разнообразными товарищескими, литературными, политическими объединениями, такими как Арзамас, Зеленая лампа, вольные литературные общества, литературные и полковые содружества, масонские ложи и, наконец, первые тайные общества. Этот путь прошел и Чаадаев. Многие современники свидетельствовали о магнетическом воздействии его личности. Всегда модно и тщательно одетый, молодой красавец офицер буквально притягивал к себе людей благородным характером, приветливостью и вежливостью, готовностью помочь ближнему. Если учесть к тому же, что он в совершенстве владел основными европейскими языками и был начитан в мировой литературе становится понятным тот интерес, который проявлялся к этому удивительному боевому офицеру, то внимание, которое ему оказывали. Даже его недоброжелатели и завистники, подобные, например, небезызвестному Ф. Ф.Вигелю, пытавшемуся доказать искусственный и показной характер его манер и привычек, не могли не отмечать того уважения, которым он пользовался в обществе 0. Только близкие Чаадаеву люди знали, что за внешним лоском неизменно корректного, приветливого и благожелательного человека скрывается тоскующая душа, поглощенная одним интересом, одной страстью к России, великой и бессильной Родине, к ее трагической судьбе. Этот всепоглощающий интерес привел Чаадаева в масонскую ложу. Сведения о его пребывании в ложе очень скудны. Известно, что молодой офицер вступил в ложу Белых братьев в Кракове, состоял затем в масонской ложе Соединенных друзей вместе с П. .. Грибоедовым, великим князем Константином Павловичем, министром полиции А. Д.Балашовым 3,8. После того, как в г. Чаадаев вначале присоединился к иоаннитам, вступил в Великую ложу Астреи, однако затем перешел к конкурентам, о чем свидетельствуют отобранные у него знаки высшей восьмой степени 5,. Что касается свидетельств об идейном влиянии масонства на мировоззрение Чаадаева, то они почти совершенно отсутствуют. Возможно, в этом повинен сам Чаадаев, резко и безапелляционно заявивший в г. Многие исследователи творчества философа приняли эту тираду за чистую монету, упустив из виду, по крайней мере, два важных обстоятельства вопервых, это заявление он сделал на допросе, учиненном Чаадаеву по высочайшему распоряжению в Польше во время его возвращения на родину после трехлетнего пребывания в ряде стран Западной Европы. На этом же допросе он категорически отрицал, свои связи с декабристскими организациями, хотя правительство к тому времени уже знало о его принадлежности к этим организациям. Поскольку в ложах вместе с ним состояли некоторые видные деятели тайных обществ, включая П. И.Пестеля, Чаадаев, повидимому, решил вообще не распространяться о своем участии в деятельности масонских лож и ограничился их негативной характеристикой. Вовторых, почти десятилетнее пребывание в масонстве это слишком большой срок для умного и проницательного человека, каким, несомненно, был Чаадаев, чтобы убедиться, как он писал, в ничтожестве и безрассудстве масонства. Если бы русское масонство, в самом деле, было бы столь ничтожным, Чаадаев понял бы это гораздо раньше. Повидимому, известная самохарактеристика философа объясняет суть дела значительно точнее . Между тем истина заключается в том, что влияние масонства на мировоззрение Чаадаева было вполне заметным, и данное заключение вытекает из сравнительного анализа идеологии русского масонства и философскосоциологических представлений мыслителя, развивавшихся в х х гг. Русское масонство XVIII и начала XIX вв. В.В.