Проблема взаимосвязи истории и политического идеала в религиозной философии русской эмиграции первой половины XX века

• Автор: Дашкевич, Ольга Васильевна
• Шифр специальности: 09.00.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2002
• Место защиты: Тверь
• Количество страниц: 175 с.

ОГЛАВЛЕНИЕ
ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА 1. СМЫСЛ ИСТОРИИ КАК ПРОБЛЕМА РЕЛИГИОЗНОЙ ФИЛОСОФИИ РУССКОЙ ЭМИГРАЦИИ.

1.1.Истоки философскоисторического теоретизирования

русских религиозных мыслителей

1.2.Н.А.Бердяев история в перспективе христианского гуманизма

1.3.С. Н.Булгаков два града

1.4.Г.П.Федотов история и свобода,у

ГЛАВА 2. ОПЫТ РОССИИ И ЗАПАДА В СВЕТЕ ПОИСКА ПОЛИТИЧЕСКОГО ИДЕАЛА.

2.1.Н.А.Бердяев Царство Христа и Царство Кесаря.

2.2.С.Н.Булгаков христианский социализм.

2.3. Г. П.Федотов Новый град
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


Философия истории представителей русской эмиграции первой половины XX столетия глубоко укоренена в традиции отечественной и западной мысли. Н.А. Бердяев, С. Н.Булгаков, Г. ИФедотов и др. В.С. Соловьева, унаследовали тот тип теоретизирования, который был им предложен для понимания всемирной истории, прошлого и настоящего России. Их творчество содержало своеобразный ответ на концепцию кризиса европейской культуры Ф. Ницше. Находясь в эмиграции, они гибко реагировали также на идеи О. Шпенглера, А. Бергсона, Э. Мунье, Ж. Маритена и др. России, возможных перспектив будущего. России в мировом историческом процессе. Философскоисторические построения русских религиозных философовэмигрантов продолжают эту традицию. Русская религиозная философия эмиграции первой половины XX столетия возникает в поле дискуссий о судьбах гуманистической культуры, ее кризисе, которые в одинаковой мере характерны как для западной, так и для русской философии XIX начала XX вв. Тема кризиса гуманистической культуры сопряжена с обостренным рефлексивным осмыслением перерождения общества, питаемого ренессансной традицией в бездушный механизм всестороннего дисциплинарного контроля деятельности личности, порождающей человека массы, усредненного индивида, утратившего способность к творчеству. Осознание кризиса гуманистической культуры было интенсифицировано трагическими событиями первой мировой войны, потрясениями русской революции, рождением тоталитарных диктатур в России и на Западе в первой половине XX века. Оказавшись на Западе, русские религиозные философыэмигранты создали способ историософской рефлексии, резюмировавший их опыт переживания глобальных потрясений общемирового масштаба и коллизий отечественной истории, заставивших их покинуть Родину. Это потребовало и разработки специфического концептуального аппарата, резюмировавшего видение истории в перспективе кризиса гуманистической культуры, возникшего в диалоге русской и западной мысли. Отправным моментом рассуждений русских философовэмигрантов о смысле и направленности исторического процесса, перспективах будущего человечества стали идеи, сложившиеся в полемике В. С.Соловьева с Ф. Ницше, созданным им видением кризиса гуманистической культуры. Ницше, как известно, выстраивает свою генеалогию западноевропейской культуры в перспективе критики иудеохристианской традиции, которую он делает ответственной за забвение жизни и творчества, порождающие нигилизм. Ницше, находит ему иное объяснение в ключе собственной христианской философии всеединства. Предлагая критику отвлеченных начал, породивших кризисное состояние новоевропейской культуры, Соловьев видит позитивный момент ницшеанской философии в утверждении ценности человеческого творчества, которое, однако, мыслится им как инспирированная свыше и нуждающаяся в определенных онтологически фундированных ценностных абсолютах. В данной связи развиваемое им видение истории базируется на признании теснейшей взаимосвязи ее сакрального и мирского измерения, понимании социокультурного развития как богочеловеческого процесса, в кагором находит место кооперация общества и церкви града мирского и града Божия, реализуются высшие ценности Истины, Красоты и Блага. Провиденциальноэсхатологическая установка при этом становится основанием критики неудач светского гуманизма и платформой доказательства необходимости сочетания гуманистического и религиозного начал в истории человечества. В конечном счете, подобная позиция дает возможность разработки христианскогуманистического видения будущего. Представители русской религиозной философии послеоктябрьского зарубежья по сути дела принимают платформу видения истории и перспектив будущего, предложенную Соловьевым, придавая ей, однако, новое звучание в контексте собственных построений. Это в равной мере относится к исканиям Бердяева, Булгакова, Федотова и ряда других мыслителей эмиграции. Развиваемое ими понимание оснований кризиса гуманистической культуры учитывало идеи таких крупных западных мыслителей XX столетия как О. Шпенглер, А. Д.Тойнби, А. Бергсон и др.