Значение временного анализа для обоснования трансцендентализма у М. Хайдеггера

• Автор: Артеменко, Наталья Андреевна
• Шифр специальности: 09.00.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2005
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 189 с.

Оглавление.
введение.з

ГЛАВА 1. ХАЙДЕГГЕРОВСКАЯ ИДЕЯ ОБОСНОВАНИЯ ПОЗНАНИЯ.

1. ХАЙДЕГГЕРОВСКАЯ КРИТИКА ТЕОРИИ ПОЗНАНИЯ.

1.1. Онтологическое обоснование познания

1.2. Фундаментальноонтологическое обоснование познания.

2. Вопрос о бытии и познание.

3. Транс пен денди я i

ГЛАВА 2. АНАЛИЗ ХАЙДЕГГЕРОВСКОЙ ИНТЕРПРЕТАЦИИ КРИТИКИ ЧИСТОГО РАЗУМА

1. Особенности хайдеггеровского истолкования Канта.

1.1. Субъективность субъекта

1.2. Предметность предметов.
2. Кантовская концепция времени. Круг время рефлексия
воображение
2.1. Время и субъективная дедукция
2.2. Временная размеренность трансцендентального схематизма. Время и воображение как основа возникновения нового знания
3. Разработка темы изначальной временности на материале Критики
ЧИСТОГО РАЗУМА В КНИГЕ КАНТ И ПРОБЛЕМА МЕТАФИЗИКИ
ГЛАВА 3. КТО И ЧТО КРИТИЧЕСКОГО И
ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКОГО ОПРЕДЕЛЕНИЙ ФИЛОСОФИИ
1. Круг Время бытиевмире понимание. Онтология подручного.
1.1. Внутримирное сущее и структура торадичего
1.2. Горизонтальная схема и экстатическое триединство времени. .
2. Я ЕСТЬ И НЕЧТО есть. Онтология НАЛИЧНОГО.
3. Бытие i как временность проблемные последствия.
3.1. Исходная и собственная временность.
3.2. Исходная и несобственная временность
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ.
ЛИТЕРАТУРА


Без сомнения, хайдеггровский отказ от теории познания и поворот к онтологии в е годы представляет собой нечто совершенно новое по сравнению с теорией познания XIX столетия и неокантианцами, которые были знакомы с задачей обоснования позитивного опыта науки и методом анализа познающего и выносящего суждения субъекта, а именно путь обоснования онтического познания у Хайдеггера приводит к онтологии. Термин i, безусловно, требует подробных комментариев. Забегая вперед и предвосхищая многое из того, о чем речь пойдет ниже, обозначим лишь в общих чертах проблему перевода этого термина. Как мы помним из Бытия и времени, сущее открывается для i как наличное, подручное и особого рода сушее именем i. Но, с другой стороны, то, что нам открывается как открытость сущего, есть бытие. В открытости сущего дает о себе знать, открывается бытие. Будучи открытым человек держится в открытости. Основной для i способ быть открытым различать бытие и сущее, делать шаг от сущего самого по себе i к сущему как таковому . Потому не Что , и не то, чтоя , а Как i тогочтопредметесть может быть важным и единственно решающим для философии. И вот на это Как i Хайдеггер отвечает i становится тем термином, который наиболее уместно использовать, когда мы говорим о человеке. Именно эта особенность человека наиболее удачно передастся переводом i термином бытиевот или вотбытие. Но человеческое бытие есть бытиевмире. В этом смысле i означает действительное наличное присутствие i в мире. Присутствие есть указание на такой особый опыт, в котором бытие не познается как бы со стороны, а переживается в форме заботы, страха, бытияксмерти. Присутствие это такое сущее, которое есть всегда я сам, бытие всегда мое. Мы не станем здесь показывать, как эта тема аристотелевскосхоластической трансцендентальной философии на пути через критицизм была перенесена Хайдеггером в феноменологию достаточно того, что бытие понимается им как феномен. Оно есть, с одной стороны, основание онтического познания, с другой же само выступает предметом онтологического познания. Решающим при этом оказывается тот факт, что Хайдеггер находит основание истины сущего в истине бытия, основание онтического познания в онтологическом. Одна из первых особенностей хайдеггеровского обоснования познания заключается в том, что задача, поставленная как подлинная проблема рефлексии как возможно онтическое познание Наш вопрос будет звучать, поэтому, так приводит ли путь обоснования познания к бытию и онтологии как последним инстанциям, или же ведет через бытие и онтологию. Речь идет в онтологии о подлинной проблеме рефлексии постольку, поскольку вопрос направлен не просто на единичное сущее, чтобы определить его в его вотбытии или такбытии, но на уже разомкнутое, несокрытое сущее, чья несокрытость как раз должна быть принята в расчет. Хайдеггер мыслит бытие не как основание сущести сущего, но только как основание его несокрытости. Бытие выполняет в отличие от всех старых и новых онтологий у Хайдеггера только одну функцию доставлять сущее в его несокрытости, или, что означает то же самое, делать возможным онтическое познание. Также и там, где Хайдеггер говорит сущее не есть без бытия, иными словами, без бытия не имеется никакого сущего, речь идет только об этой трансцендентальной функции бытия. Поскольку Хайдеггер бытие мыслит исключительно как основание несокрытости сущего, оказывается важным также то, что бытие может гарантировать истину сущего только как кажущее, себяпоказывающее, как истина бытия. Исходя из этого, Хайдеггер упрекает философскую традицию в невнимании как к вопросу о бытии, так и к проблеме истины бытия. Только потому, что бытие само себя высвечивает и имеется нечто вроде понятности бытия, сущее может выступать в несокрытости. Истина бытия это изначальное его выступление, высветленность. Здесь лежит исток как для традиционной, так и для новой онтологии предосудительного обисторичивания УееБсЫсЬШсЬиг бытия. Безусловно, Хайдеггер отличает бытие само от конечной и исторической бытийной понятливости, но в то же время он определенно приписывает бытию самому конечность и историчность.