Знание в древнерусской книжности : Эпистемологический анализ, текст и контекст

• Автор: Киселева, Марина Сергеевна
• Шифр специальности: 09.00.01
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2000
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 263 с.

СОДЕРЖАНИЕ
Введение.

Методологическое введение знание как социокультурная проблема

1 Знание в контексте культуры

2 Текст и его социокультурные роли.

3 Проблема контекста в древнерусской культуре

Раздел первый. Двоевсрнын контекст древнерусской книжности

Глава I. Знание о жизни и смерти реконструкция языческого и христианского контекстов

1. Устный и письменный текст как способ различения контекстов

2. Мера жизни и смерти устный текст и языческий контекст

3. Знание о смерти и вера в вечную жизнь книжный текст и формирование христианского контекста
Глава II. Книжность как христианское вероучение
и феномен двоеверия.
1. Христианская книжная культура и языческая почва.
2 Книжное знание в былинном эпосе Киевской Руси
3. Формирование двоеверного контекста древнерусской культуры
Раздел второй. Образовательный контекст древнерусской книжности
Глава III. Проблема трансляции знания языковые ситуации и модели средневекового образования
Глава IV Типология учительства в культуре Древней Руси
XIIIXVI вв .
1. Учителькнижник как проповедник учение о должном
2. Учитель как писатель и миссионер учение о сущем.
3 Учительзнатою влияние греческой и западной учености.
Раздел третий. Идеологический контекст древнерусской книжности
Глава V. Знание как идеологема книжники и светская власть.
1. Князья и книжники в Киевской Руси
2. Русь и татары представления книжника о чужеземной власти
2.1. Идеологема христианской жертвенности и идеологема компромисса
2.2. Формирование идеи национальной независимости
3. Книжник в роли идеолога Московская Русь
4. Идея самодержавия и трудности ее идеологического оправдания Политическое знание и зарождение авторского текста.
Глава VI. Знание о вере книжники и церковная власть.
1. Раскол и конец древнерусской книжности.
2. Знание как проблема русской культуры новые книжные тексты и деформация древнерусского контекста
Заключение
Библиография


Как сумма усвоенных через религиозное Откровение истин или как нечто осмысленное и обладающее собственной ценностью и воспринимаемое культурой в качестве таковой Поскольку знание словесно оформлялось в древнерусской книжной культуре в разное время как умение, учение, хитрость, мудрость, философия и своим содержанием составляло назидательный смысл обращения Бога к людям, в то время как знание знахарство осталось по ту сторону книжности, как волхование, волшебство, чародейство, то можно с уверенностью говорить о наличии в книжной культуре Руси собственного знанияконцепта. Однако, как это показывает академик Д. С. Лихачев, в отечественной культуре знание за пределы книжного текста не вышло, а потому не институализировалось, не обросло самостоятельными институциональными формами, осталось равным самому себе существующим в книге, сохраняемым в книге, передающимся через книгу и прирастающим в книгу по милости Божьей. Познание в Древней Руси писал ученый это прежде всего словесное определение, словесный аналог, подобранный в Священном Писании или в существующей литературе для того или иного нового события, нового явления действительности. Это поиски нового в прежнем . Отчасти эта методологическая ориентация, освобожденная от идеологии евразийства, нашла себе место в работах современных отечественных философов, обосновывающих специфик русской средневековой философской мысли Бычков В. В. Художественноэстетическая культура Древней Руси. Х1ХУИ века. М., . Громов М. Н. Псалтырь как прсмудростная книга Переводные памятники философской мысли в Древней Руси. М . Поляков Л. В. Философские кцеи в культуре Древней Руси. Историкофилософский очерк. М., . Источника знания Иоанна Дамаскина в статье Идейные источники древнерусской философской мысли В. Ф. Пустарнаков анализирует два разных потока влияние ранней византийской литературы, главным образом периода патристики, и влияние поздневизантийской литературы ХХШ вв. Основным после Библии источником он называет патриотические тексты Восточной церкви первых семи Вселенских Соборов Введение христианства на Руси. М . Степанов . С. Константы Словарь русской культуры Опыт исследования. М . Раздел VII Знание. Если в новое время знание определялось наблюдением и математическим расчетом, то в Древней Руси познание означало прежде всего называние явления, соотнесения его со Священным Писанием, с богослужебной литературой подчеркнуто мною М. К. Этому наблюдению ученый дает, на мой взгляд, несколько одностороннее объяснение, связывая его лишь с преобладанием в древнерусской культуре мифологического сознания. Язычество безусловно неотъемлемая составляющая, основа, на которую ложится христианство об этом подробно в главе посвященной двоеверию, но сама книжная культура с ее опорой на Слово в его осознанном христианском контексте позволяет считать произнесенное и уж тем более записанное в книгу Слово обретенным знаниеммудростью по его христианской, но не мифологической природе. Христианские истоки этой связи исследуются В. Н. Топоровым в глубоком и тонком историкофилологическом анализе Прогласа Константина Философа, в котором образ Слова является стержневым. Именно Слово на заре славянской письменной культуры стало тем самым концептом, образомпонятием, благодаря которому конструировалась, создавалась и определялось существование православной культуры. Слово формирует внутренний смысл того текста и обозначает тот окБ, в котором возникают новые глубинные смысловые пласты, что и определяет процесс становления Слова как концепта, который со временем будет усвоен Киевской Русью, а затем закрепиться в культуре Руси на протяжении многих веков. Слова, снова отсылающее к теме словенского слова, своего, а не чужого. ЛихачевД. С. От Илариона до Аввакума ПЛДР XVII век. М . Кн. С. 2. Пожалуй, здесь сюит вспомнить определение концепта, данное Ю С. Степановым Концепт это как бы сгусток культуры в сознании человека Степанов Ю. С. Константы. Словарь русской культуры. С, .