Большевистская партийно-политическая элита : Возникновение, становление, трансформация, начало 1900-х - конец 30-х гг.

• Автор: Саранцев, Николай Владимирович
• Шифр специальности: 07.00.02
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2002
• Место защиты: Саратов
• Количество страниц: 448 с.

СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ.

Глава 1 МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ И ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ

ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ.

1.1 Методология исследования

1.2 Теоретическая база исследования.

Глава 2. ВОЗНИКНОВЕНИЕ И СТАНОВЛЕНИЕ БОЛЬШЕВИСТСКОГО РУКОВОДСТВА начало х гг..

Глава 3. РАДИКАЛИЗАЦИЯ И УСИЛЕНИЕ БЮРОКРАТИЗАЦИИ БОЛЬШЕВИСТСКОЙ ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЭЛИТЫ

гг.

3.1 Становление властвующей элиты бодьпшвистско партии.

3.2 АРДСТАНИЕ АНТИДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ТЕНДЕНЦИЙ

Глава 4. СТАЛИНСКАЯ НОМЕНКЛАТУРА ПРОТИВ ЛЕНИНСКОЙ
ГВАРДИИ гг.
4.1 Трансформация элиты большевистской ПАРТИИ
4.2 Новые номенклатурные кадры.
4.3 Подбор кадров в сталинскую элиту.
Глава 5. РОТАЦИЯ КАДРОВ ПО СТАЛИНСКИ гг..
5.1 ИНСТНТУЦИАЛИЗАЦИЯ новой партийной элиты
5.2 Финал большевистской элиты ротация смертью
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННЫХ ИСТОЧНИКОВ


Судоплатов, в которых повинно руководство страны и НКВД, были связаны не только с личными амбициями Сталина и других вождей, но и с той смертельной схваткой за власть, которая постоянно шла внутри их окружения4. Эту борьбу правящая элита всегда умело прикрывала громкими лозунгами о борьбе с уклонами, борьбе с врагами народа, со шпионами и террористами. В итоге жертвами всех этих кампаний всегда оказывались миллионы ни в чем не повинных людей. Выводы П. Судоплатова расходятся с мифом о побудительных мотивах действий сталинской номенклатуры, распространяемым и так называемыми консерваторами, и так называемыми реформаторами в бывшем кремлевском руководстве. Другую группу литературных источников, состоящую из воспоминаний ответственных работников наркомата иностранных дел, одного из самых привилегированных советских учреждений, отличает высокая культгра и образованность авторов. Писательский талант Ф. Раскольникова, А. Бармина, Г. Беседовского не вызывает сомнения. Они сделали головокружительные карьеры в военной, дипломатической и хозяйственной сферах. Среди высокопоставленных чиновников аппарата народного комиссариата иностранных дел все они слыли способными и перспективными дипломатами. Эти люди приглашались на приемы к Сталину, избирались на партийные съезды, находились в постоянных служебных и неслужебных контактах с другими лидерами партии и руководителями дипломатического ведомства. В их мемуарах мы находим очень меткие характеристики членам различных элитных групп, их типичные черты. Необходимо подчеркнуть, что, кроме книг Г. Беседовского и А. Бармина, иных воспоминаний о работе НКИД в период х начала х годов, практически не существует изза репрессивной политики Сталина. Между тем именно Народному комиссариату иностранных дел партийные лидеры придавали огромное значение в деле пропаганды и обеспечения тайных операций за рубежом. Эти люди делали свои ставки на Троцкого и составляли существенную часть его оппозиционной группы. Им казалось, что в атмосфере разрухи и отчаяния только Троцкий, наиболее способный член большевистского руководства, окажется именно той фигурой, которая сумеет вывести всех к светлому социалистическому будущему и все наладить. Воспоминания троцкистов помогают взглянуть на проблему внутрипартийной борьбы со стороны оппозиционной группы, создать более объективную картину происходящих событий. В книгах Г. Беседовского и А. В изданиях приводится большое количество вполне правдивых эпизодов и тонких наблюдений, рисующих живые портреты наиболее видных людей той исторической эпохи, имеющих черты, которые были свойственны политической элите партии в целом. В ряду воспоминаний революционных деятелей большевистской партии, советских чекистов и дипломатов особняком стоят воспоминания одного из работников аппарата Центрального Комитета РКПб, сотрудника секретариата Сталина Б. Бажанова. Бажанов хорошо знал настоящий механизм коммунистической власти, был лично связан по работе с некоторыми ее носителями. В своих записках он, по его собственному утверждению, всегда старался быть скрупулезно точным, описывая только то, что видел или знал с безусловной точностью. Однако Бажанов стремился придать своим воспоминаниям исключительный характер и, безусловно, преувеличивал собственные способности и заслуги перед партией и ее вождями. Его воспоминания написаны с позиций антикоммунизма, сформировавшегося по причинам личного свойства, а следовательно, не всегда объективно отражают происходившие события. Доперестроечный период в Советском Союзе на субъективизм авторов работавших в жанре революционнополитической мемуаристики накладывал еще и цензурные ограничения. Тем не менее, значение мемуаров для анализа внутриэлитной борьбы переоценить трудно. Повысить же меру достоверности информации, полученной из воспоминаний, можно сопоставляя их друг с другом и с другими источниками. Огромный интерес для историка представляют мемуары тех, кто в результате политических чисток выдвинулся и длительное время пребывал не просто в элитной группе партии, а в непосредственном сталинском окружении и, следовательно, знал проблему как бы изнутри, подходил к ней под иным углом зрения.