Ф. М. Достоевский как предтеча европейского экзистенциализма : Опыт проблемного исследования

• Автор: Николаевская, Татьяна Евгеньевна
• Шифр специальности: 09.00.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 1999
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 166 с.

СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ

Глава I. ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ В РОССИИ: ИСТОКИ И

ОСОБЕННОСТИ

1.1. Достоевский и Шестов: к вопросу о происхождении экзистенциальной философии

1.2. Достоевский и Бердяев: «проклятые вопросы» Достоевского в европейском экзистенциализме

Глава 2. ФИЛОСОФСКИЕ ИСКАНИЯ ДОСТОЕВСКОГО И ЕВРОПЕЙСКИЙ ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ XX ВЕКА.

2.1. Формирование экзистенциалистской проблематики

в творчестве Достоевского

2.2. Значение философских идей и художественных образов Достоевского в истории европейского экзистенциализма
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ЛИТЕРАТУРА

Глава 1.
ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ В РОССИИ:
ИСТОКИ И ОСОБЕННОСТИ
1.1. ДОСТОЕВСКИЙ И ШЕСТОВ:
К ВОПРОСУ О ПРОИСХОЖДЕНИИ ЭКЗИСТЕНЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ
Одним из первых в России термин «экзистенциальная философия» употребил Лев Шестов - русский мыслитель, на которого ведущий представитель французского экзистенциализма Альбер Камю указывает как на одного из наиболее важных для нового человека - «человека абсурда» - философов1.
Экзистенциализм - одно из наиболее сложных и противоречивых явлеиий в истории европейской культуры. Творческая история экзистенциализма отразила кризисные проблемы европейской культуры перелома веков, одна и важнейшая из которых кризис рационалистической философии и поиск новых методологических принципов, способных противостоять «самоочевидностям» классического идеализма. Одним из первых мыслителей, осознавших потребность человека в новой философии, является отечественный философ Лев Шестов - виднейший представитель европейского экзистенциализма и зачинатель экзистенциалистской интерпретации творчества другого отечественного мыслителя и писателя Ф.М.Достоевского. Шестов
1 См. Камю А. Миф о сизифе. //Творчество и свобода. - М.: Радуга, 1998
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы диссертационного исследования
Войны и экономические катаклизмы, фантастические научные открытия и экологические катастрофы захлестнули современную цивилизацию и поставили человека перед проблемой сохранения себя как биологического вида. Казалось бы, наступило время, когда духовные потребности, эстетические запросы и гуманистические идеалы должны были отступить на второй план, но напротив, именно они становятся наиболее насущными и побуждают человечество искать новые способы, новые формы утверждения своего права на творческую реализацию, на свободу выбора индивидуального личностного духовного пути, на интеллектуальную и нравственную независимость от навязываемых массовой культурой продуктов современного невежества и варварства. Проблема личности становится все более злободневной и занимает не только философов, но и историков, психологов, правоведов, художников, искусствоведов и литераторов. В конце нынешнего столетия вновь поднимаются и осмысливаются так называемые индивидуальные смысложизненные вопросы, поставленные в «философии кризисного сознания» -экзистенциализме.
Вопросы о смысле бытия, жизни и смерти, вере и неверии, разуме и Боге, свободе и выборе, страхе и отчаянии, страдании и творчестве не раз вставали перед философами разных времен. Поднимались эти вопросы и в русской философско-эстетической мысли. Но никто не обращался к ним с такой страстью, с такой неистовой потребностью в истине, с таким глубоким пониманием
читателе творца и философа, способного самостоятельно искать ответы на вопросы, поднятые в повествовании. Будет ли спасен Иван? Победит ли он своего Мефистофеля?
Достоевский оставляет такую надежду, ибо сам факт искушения злом оставляет возможность альтернативного выбора. Бог не посылает искусителя к кому попало. Смердяковым и Ламбертам не нужен Мефистофель, они и так предназначают себя ему и делают это с удовольствием, наслаждаясь собственной мерзостью. Есть души, за которые и дьявол не даст ломаного гроша. Человеческие предрассудки приравняли невежество к чистоте и невинности. Невинность не есть полноценная добродетель, если она не подвергалась искушению, не была испытана в условиях возможности выбора. Нельзя устоять перед соблазнами греха, не понимая его сути. Как ни парадоксально, но возвращение человечеству невинности происходит через все более углубляющееся им познание греха, борьба с которым бессмысленна без понимания его возможностей. Без знания, на которое обрек человечество Адам, невозможно ни отделение добра от зла, ни осуществление свободы выбора между ними.
В царстве невежества всегда властвует страх - таинственный Курупури. Первые христианские миссионеры отождествляли людоедов Южной Америки с агнцами Божьими, с невинными детьми. Индейцы же часто воспринимали своих новоиспеченных духовных отцов как богов. Им поклонялись и даже пытались приносить им в жертву собственных соплеменников. Иногда в жертву приносили и европейских гостей, независимо от того, за каких духов - добрых или злых - их перед тем принимали. В общем, безгрешные аборигены