Национальные модели в русской музыкальной культуре на рубеже XIX-XX веков : на примере творчества Н.А. Римского-Корсакова и А.Н. Скрябина

• Автор: Лобанкова, Екатерина Владимировна
• Шифр специальности: 17.00.02
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2009
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 284 с. : ил.

Введение. Обзор литературы.

Глава I. Национальный дискурс в музыкальной культуре Европа и Россия.

1. Социокультурные механизмы адаптации национальной идеологии в музыкальной культуре.
2. Национальная идентичность в русской музыкальной культуре второй половины XIX века. Особенности традиционной модели.

3. Искушение русским стилем.

Глава II. Стратегии утверждения традиционной модели в музыкальной культуре конца XIX века

1. Русский стиль и постановка Снегурочки в Мамонтовской частной

опере формирование новой идентичности в х годах

2. .. РимскийКорсаков как лидер музыкального сообщества от национального символа к профессиональному идеалу.

3. Святой Град и Древняя Русь в опере Сказание о невидимом граде Китеже

и деве Февронии национальный мстатскст в начале XX века

Глава III. Поиски национальной идентичности и музыкальная культура начала XX века в России. Мессианская модель в творчестве А.Н.
Скрябина.
1. А.Н. Скрябин и национальный диспут начала XX века.
2. Мессианство в социальных практиках А.Н. Скрябина автобиографический
3. Мессианство как художественная стратегия А.Н. Скрябина
Заключение
Список литературы


Мобилизированные через символы они могут поддерживать добровольные отношения господства или подчинения в обществе Томпсон . Подобным образом работает идеология нации, создающая конвенции доминирования в рамках нового социального порядка, называемого национальным. Этот театр власти, воплощенный в символической форме текстов культуры, порождает неоднозначные семантические подтексты и возможность различных истолкований национальных идей. Люди, которые ими поразному пользуются, могут привлекать на свою сторону в корне различные аудитории, которые будут считать, что понимают под символами нации одно и то же Вердери . В этом политическая идеология через способы репрезентации соприкасается с областью художественного производства. Если воспользоваться идеями классиков семиотики Ч. Пирса, У. Эко, Р. Барта, то национальные образы оживают в неограниченном семиозисе или в процессе неограниченной переинтерпретации, в котором нет ни первичного, ни конечного значения. Вердери , 9. Наиболее очевидно эти механизмы взаимодействия искусства и национальных идей выявляются современными учеными на примере литературы. Так, А. Л. Зорин, исследующий прагматику литературных текстов относительно порождения идеологических схем, указывает, что поэтический язык может конструировать необходимые политические метафоры в наиболее чистом виде, поэтому именно литература служит своего рода универсальным депозитарием идеологических смыслов Зорин , . В этом случае, как показывают исследования Ю. М. Лотмана, возможна конверсия идеологических конструкций, созданных изящной словесностью, в собственно идеологическую риторику и наоборот идеологических клише в поэтическую речь. Поэтом, например, политические химеры царствования Екатерины II, согласно исследованию В. Ю. Проскуриной, могли конвертироваться в художественномифологические схемы литературы XVIII века, порождающие в то же время особые метафоры власти и сам модус се восприятия в обществе Проскурина . Музыкальное искусство, обладая подобной семиотичностыо x, воздействует непосредственно на эмоциональное постижение этих символов. Вкладываемая в музыкальный текст эта идеологическая конструкция укореняются в сознании людей наиболее эффективно, что связано с особенностями восприятия музыки се психофизиологическим проживанием , . Безусловно, подобная репрезентативная функция музыкального искусства использовалась и до эпохи революционнонациональных движений. Как показывают в своих исследованиях Р. Огаркова, практики музыкального оформления государственных церемоний и праздников были непременным атрибутом царского двора, создающим сакральную и мифологическую ауру для власти Уортман , Огаркова . Функция демонстрации и символического утверждения социального порядка в рамках зрелищномузыкальных форм например, исполнение национальных гимнов, проведение народных праздников, фестивалей национальной культуры реализовывалась и в новых условиях Современности. Это были тс практики, которые Фуко определял как микрофизику власти действующие в публичной сфере они закладывали предрасположенность к восприятию национальных идей снизу, непосредственно в процессе личностного проживания. Таким образом, искусство оказывается включенным в процесс конструирования социальных отношений в рамках национального порядка. Подобная корреляция национализма и музыкального искусства способствовала не только заинтересованности властных институций в поддержке искусства, но и возникновению обратной связи. Властные ресурсы национализма обладали особой символической привлекательностью и для музыкантов, так как они позволяют установить и поддержать особые отношения доминирования. Художник, обращаясь к идее национального искусства, мог выйти изпод контроля элитарного круга высших сословии как это было в традиционных обществах и обратиться посредством этой символики к широкой публике, тем самым наделяя себя властью представлять искусство целого народа. Возникновение новых публичных сфер, в том числе и публичных пространств для сценических и концертных мероприятий, позволяло разрушить внешнюю зависимость от патронажа элит и обрести поддержку в идеалах нового общества.