Историософский текст русской революции в художественной литературе и публицистике ХХ века

• Автор: Бражников, Илья Леонидович
• Шифр специальности: 10.01.01, 10.01.10
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2011
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 480 с.

ВВЕДЕНИЕ

1. Постановка проблемы. Понятие историософский текст

2. Понятие историософский текст русской революции в художественной литературе и публицистике

ЧАСТЬ I. РУССКИЙ ИСТОРИОСОФСКИЙ ТЕКСТ И ЕГО

КОММУНИКАТИВНЫЕ СТРАТЕГИИ.

ЭСХАТОЛОГИЯ И УТОПИЯ.

Глава 1. Эсхатологическая топика русского историософского текста

1.1. Новые люди Русской земли и последние времена

1.2. Эсхатология Третьего Рима послания инока Филофея

Глава 2. Христианская апокалиптика и утопия Нового времени.

2.1. Хилиазм и утопизм как модусы эсхатологии

2.2. Традиция и признаки Модерна в историософском тексте XVII века
2.3. Пространство и время утопии в Повести и взыскании о граде
сокровенном Китеже
Глава 3. Понятие революция в историософском тексте.
3.1. Революция и Апокалипсис историческая морфология понятий
3.2. Апокалиптизм александровской эпохи и зарождение революционного движения в России Православный катехизис С.И. МуравьваАпостола Глава 4. Просвещенный эсхатологизм конца XVIIIпервой трети XIX вв.
4.1. Консервативная стратегия Н.М. Карамзина.
4.2. Великий апокалиптический синтез утопия П.Я. Чаадаева.
4.3. Утопия православного просвещения Европы В.Ф. Одоевский, И.В.
Киреевский, Хомяков.
Глава 5. Консервативная утопия и е модусы
5.1. Иронический модус историософема возвращение домой в повести Пушкина История села Горюхина.
5.2. Героикопатетический модус Возврат к истокам в историософской поэзии К.С. Аксакова.
5.3. Метафора почвы от идиллического модуса к драматическому.
Глава 6. Истоки апокалиптизма рубежа XIXXX веков.
6.1. Достоевский человек Апокалипсиса
6.2. Государство и революция в историософском тексте второй половины XIX в.
6.3. Переводная богословская литература хилиастические мотивы
6.4. Утопическая апокалиптика Вл.С. Соловьва и е источники
6.5. Историософский поэтический цикл Вл. Соловьва литературные и внелитературные источники.
6.6. К.Н. Леонтьев историософия как патологоэсхатология.
Итоги часть I
ЧАСТЬ II. СКИФСКИЙ СЮЖЕТ В ИСТОРИОСОФСКОМ ТЕКСТЕ
Глава 7. Литературная группа Скифы в перспективе скифского сюжета
7.1. Понятие скифства
7.2. Великая Скуфь и дикие скифы
7.3. Скифская война.
7.4. Скифы и Русский характер Н.И. Гнедич, Пушкин
Глава 8. Скифский сюжет и просвещенческие концепции естественного человека и естественного народа
8.1. Романтическая концепция народности.
8.2. Скифская идиллия В.В. Капнист, В.Г. Тепляков.
8.3. Скифство и номадизм Скифы, Цыгане и Казаки
Глава 9. Скифство, скитальчество и почвенничество.
9.1. Романтический скиталец и скифы.
9.2. Скифство как почвенничество Родина М. Ю. Лермонтова
9.3. Скифство и почвенничество Ап. Майков и Ап. Григорьев.
9.4. Русский почвенный социализм А.И. Герцена.
Глава . Скифы XX века.
.1. Скифский сюжет в научной литературе и публицистике второй половины XIX века.
.2. Скифский сюжет в поэзии А. Фета, Д. Мережковского, Вяч. Иванова, К. Бальмонта и В. Брюсова
.3. Русские скифы Блока
Глава . Скифский сюжет и скифский период в творчестве С.А. Есенина .
.1. Романтические метафоры истории в ранней лирике Есенина
.2. Утопический модус Византия скифскими глазами образы истории в Ключах Марии.
.3. Трагический модус лирическая драма Пугачв
Итоги часть II
ЧАСТЬ III. ЖАНРОВЫЙ АСПЕКТ ИСТОРИОСОФСКОГО ТЕКСТА
РУССКОЙ РЕВОЛЮЦИИ.
Глава . Трагический модус революционный апокалиптизм начала XX века
.1. Апокалипсис как жанр в публицистике начала XX века
.2. Апокалиптическая публицистика декадентов
.3. Русская литература и русская революция
.4. Апокалипсис Василия Розанова
Глава . Мистическая поэма как жанр историософского текста.
.1. Поэтическая историософия и историософская поэзия
.2. Образы истории в поэме Блока Двенадцать и стихотворении М.А. Волошина Северовосток
.3. Семантика победы над смертью в сюжетной композиции поэмы Двенадцать
.4. Генеалогия образа Исуса Христа в поэме Двенадцать.
Глава . Драматический модус антиутопия как жанр историософского текста
.1. Утопический хронотоп и апокалипсис реализованной утопии
.2. Антиутопический Новый Иерусалим в романе Мы.
.3. Эсхатологический комментарий к тексту антиутопии Апокалипсис
нашего времени и роман Мы.
Глава . Сатирический модус художественной апокалиптики Роковые яйца М.А. Булгакова и Третий Рим Г.В. Иванова
.1. Преображенский архетип и Революция
.2. Сатира и апокалипсис в повести Роковые яйца.
.3. Бестиарий и азбуковник в тексте повести Роковые яйца
.4. Морозный бог и Яблочный Спас
.5. Третий Рим и петербургский Содом в романе Г. Иванова
Глава . Эсхатологический хронотоп в повести В.Г. Распутина Прощание с Матрой
.1. Эсхатология Матры живые и мртвые.
.2. Гибель Матры изгнание из рая или жертвоприношение
.3. Эсхатологическое время повести Прощание с Матрой.
.4. Образ царского лиственя историософское измерение.
.5. Утопический хронотоп и конец истории
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
Источники
Литература


Сначала византийские, а затем и киевские летописцы в рассказах о походах князя Олега на Царьград целенаправленно выстраивают образ Руси, атакующей Константинополь, по модели Гога в земпе Магог, князя Роша, Мешеха и Фувала Иез. Причм Д. А. Добровольский, изучающий проблемы этнического самосознания русских летописцев, отмечает, что составители Начальной летописи не только знали и принимали популярное среди определенной части византийских мыслителей отождествление Руси и страны Гога, но и были готовы внести в строительство подобного образа собственную лепту. В ряде новейших исторических исследований было продемонстрировано, насколько не просты были авторы летописей и насколько им был чужд наивноисторический реализм в описании событий. Часто, как показал тот же И. Несколько позднее в ХНХ1У вв. Русь стала мыслиться уже как новая Византия, апокалиптические аллюзии были перенесены на кочевые народы половцев, а затем татар. Уже автор ПВЛ описывает набег половцев год через призму апокалиптики Вышли они из пустыни Етривской между востоком и севером, вышло же их 4 колена торкмены и печенеги, торки, половцы. Мефодий же свидетельствует о них, что 8 колен убежали, когда иссек их Гедеон, да 8 их бежало в пустыню, а 4 он иссек. А Измаил родил сыновей, от них пошли торкмены, и печенеги, и торки, и куманы, то есть половцы, которые выходят из пустыни. И после этих 8 колен, при конце мира, выйдут заклепанные в горе Александром Македонским нечистые люди 8 5. Исследователи сходятся в том, что здесь ощутимо влияние известного эсхатологического сочинения греческого происхождения Откровения Ме
фодия Патарского . Это труд анонимного автора, IV или VII в. Патар в Ликии в Малой Азии, Ш1У вв. Славянский перевод Откровения стал известен в Киеве еще в ранний период становления древнерусской литературы. После нашествия половцев военные бедствия неоднократно вызывали к жизни легенды об эсхатологическом народе. В XIII веке с народами Гог и Магог сравнивались пришедшие из восточных степей татаромонголы Нашествие монголов русские книжники однозначно восприняли как исполнение вс тех же древних пророчеств о нашествии измаильтян перед концом света0. В Тверском сборнике татары называются безбожными моавитянами. Однако, пересказывая текст предыдущего автора, тверской летописец делает особый вывод Но все это случилось не изза татар, а изза гордости и высокомерия русских князей допустил Бог такое1. Вообще мнение о том, что нашествие татар является платой за грехи, высказывалось в средневековых русских текстах неоднократно2. В летописях того времени описания татарского разорения соотносятся с известными эсхатологическими текстами, как, например, в Сказании об убиении в Орде князя Михаила Черниговского и его боярина Феодора Овии убо затворяхуся въ градЪхъ. А иже въ градЪхъ затворишася, ти исповЬданиемь и со слезами Богу молящеся, тако от поганыхъ немилостивно избьени быша, а инии же крыяхуся в горахъ и в пещерах и в пропастехъ и в лЬсЪхъ, мало от гЬхъ остася. ТЪх же нЪ по колицЪхъ времянЪхъ осадиша въ градах, изочтоша я в число и начата на них дань имати татарове 9 6. Откровение Мефодия Патарского, Видения пророка Даниила, Житие Андрея Юродивого, апокрифы, рисовавшие апокалиптические картины конца мира и загробной жизни, многочисленные другие переводные сочинения, войдя в корпус древнерусской литературы, питали национальное сознание, способствуя закреплению в миросозерцании эсхатологических черт, отмечает Н. В. Синицына4. Безусловно, принимая данный тезис, несколько скорректируем терминологию относительно древнерусских текстов невозможно говорить ни о национальном сознании, ни о миросозерцании. Все эти категории ИТ возникнут значительно позднее в России не ранее XIX века. Эсхатологические черты входили не в сознание, а непосредственно в бытие в кровь и плоть человека Русской земли, они закреплялись в самой природе этого человека и этой земли, в почве, в характере, в поведении, в быту. Эсхатологические черты стали неотъемлемой частью русского образа жизни и образа мысли. Влияние же книжных источников в особенности Откровения Мефодия Патарского существенно и в формировании такой основополагающей для русского ИТ эсхатологической концепции, как Третий Рим.