Социокультурная дисперсия менталитета в полиэтническом пространстве Дагестана в условиях глобализации

• Автор: Баглиева, Ариза Захрабовна
• Шифр специальности: 09.00.13
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2009
• Место защиты: Махачкала
• Количество страниц: 321 с.

ОГЛАВЛЕНИЕ
Введение

Глава 1. Менталитет как социокультурный феномен.

1.1. Теоретикометодологические основы изучения феномена менталитета .

1. 2. Менталитет как объект системного исследования.

1. 3. Духовноценностный смысл менталитета

1. 4. Национальные и религиозные компоненты менталитета.

Глава 2. Ментальность народов Дагестана в условиях социокультурной дисперсии

2.1. Ментальность как константная субстанция национальных культур

2.2. Структура, содержание и особенности менталитета в национальной культуре народов Дагестана.

2.3. Религиозные факторы формирования менталитета у народов Дагестана

2. 4. Этнонациональное самосознание народов Дагестана в контексте национальной культуры
2. 5. Ментальная сущность знаковосимволического в самопознании народов Дагестана
Глава 3. Современное коммуникативное пространство как фактор дисперсии менталитета народов Дагестана
3.1. Роль глобализации культур в дисперсии менталитета.
3.2. Антропокультурвые основания полиэтнического коммуникативного пространства Дагестана история и современност ь.
3.3. Социокультурные тенденции дисперсии ментальности современного дагестанского общества.
Заключение.
Литература


Осмысливая данное явление человеческого общества, Ле Гофф отмечает, что для изучения крестовых походов необходимо определить тип религиозной ментальности, а феодализм есть не что иное, как средневековая ментальность или ее проявление. Принимая во внимание указанную сторону ментальности, исследователь должен обращать особое внимание на неосознанное, повседневное, на автоматизмы оценок и поведения, на внсличностные аспекты индивидуального сознания и на то, что было общим у Цезаря и последнего солдата его легионов, у Святого Людовика и крестьянина, трудившегося в его доменах, у Колумба и матроса на его каравеллах. Это положение Ле Гоффа было раскритиковано К. Гинсбургом, однако, по мнению автора, Ле Гофф и не имел в виду игнорирование или недооценку социальной структуры и социальной дифференциации. Методы работы исследователя при таком подходе можно назвать археопсихологическими они принуждают историка докапываться до потаенных смыслов и значений. Особое внимание уделяется изучению инерционных сил в истории, традиций, привычек сознания, так как ментальность меняется медленнее всего. Иными словами, история ментальностей это история замедлений в истории. Связь между совокупностью ментальностей и социальной системой, как отмечалось, очень сложная, хотя и достаточно тесная. Ле Гофф предупреждает, что нельзя впадать в крайности и говорить о единой ментальности человека той или иной эпохи в одно и то же время и даже в одном сознании могут сосуществовать разные ментальности, ибо социальная детерминация бытия людей, конкретного индивида чрезвычайно сложна, противоречива. История ментальностей, воспринимаемая как история замедлений в истории, одновременно является и историей их трансформаций. С. Дисперсия ментальностей, доказанная учеными, просматривается в истории достаточно наглядно. Так, например, в пору появления городов в Европе в XIXIII вв. Э. Дюркгейм внес большой вклад в исследование проблемы, аксиологических ориентаций менталитета, проанализировав роль коллективного сознания и его различных форм, тесно связывая их с соответствующими социальными функциями. Решающую роль в историческом процессе он отводил идеалам и верованиям видя в них главные компоненты религии и морали причины социальных кризисов искал в несовершенстве старых ценностей и норм, не соответствующих новым условиям существования, а возможности преодоления кризисов в сознательном введении новых, более прогрессивных норм, эффективно регулирующих поведение людей. Э. Фромм выделяет важное свойство ментальности способность взаимодействия, резонанса с социальной, политической и экономической системами. С. 6 Фроммотделяет осознанные программы деятельности как рацио от неосознанной ментальной матрицы, которую он определяет как эмоцио. Рацио, по его мнению, имеет шанс на реализацию только при условии совпадения полного или частичного с эмоцио. Деятельность, объективно аргументированная, рационально мотивированная, достигает успеха, только когда резонирует с эмоциональными предпочтениями. Э. Фромм, обращаясь к анализу менталитета, вводит понятие социального характера, изучает основные тенденции развития западного сознания, эволюции его ценностей и норм, показывает пути возрождения жизнеутверждающего мировоззрения и духовного обновления человека, восстановления гармонии между личным и общественным сознанием. К. Ясперс отмечает роль философского сознания, которое дает человеку основные духовные ориентиры для его деятельности в мире, исследует общечеловеческие ценности свободы, любви, верности, самимсобойбытня, воли к коммуникации и др. После работ М. Вебера , С. П. Сорокин вообще открыл, что ментальность, которую он предпочитает называть духовный принцип 5, С. Но зато как раз она детерминирует все виды человеческой деятельности, определяя форму и пределы социального развития. Историк А. Тойнби в силу своей профессиональной принадлежности исследующий единичное события, напротив, сделал упор на уникальном, частном. В своей концепции Вызовов и Ответов 9, С. Что касается термина менталитет, то в словаре С. В. Ожегова он определяется как мировосприятие, умонастроение. В Краткой философской энциклопедии г.