Проблема субстанции в философии Лейбница

• Автор: Измайлов, Григорий Владимирович
• Шифр специальности: 09.00.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2005
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 198 с.

СОДЕРЖАНИЕ
СОДЕРЖАНИЕ
I. Введение

1. Общая характеристика работы.

Предмет исследования.

Актуальность

Таким образом, в школе элеатов и у Платона были созданы предпосылки, как указывает П. Истинно сущее постигается лишь умом и недоступно чувством, предметом которых являются преходящие явления эмпирического мира , 2. Критикуя платоновское учение об идеях, Аристотель в Категориях отождествляет сущность субстанцию с единичным индивидуумом первая сущность есть вот это нечто этот человек или эта лошадь. Это может быть только отдельная сущность, но никак не ее качество или состояние. Как пишет В. Ф.Асмус, Под субстанцией Аристотель понимает бытие вполне самобытное, существующее в самом себе, но не в чемлибо ином. Как такое бытие, не способное существовать ни в чем ином, субстанция никогда не может выступать в суждении, как его предикат, или атрибут, но только как его субъект ,3. Поэтому в отличие от всех остальных категорий, являющихся предикатами субстанции, субстанция есть самостоятельное бытие, она не сказывается ни о каком подлежащем и не находится ни в каком подлежащем Категории, V, 2а. Однако в Категориях дается важное логическое отличие между различными видами атрибутов, не касающееся метафизического анализа самой субстанции. Он имеет место, в основном, в Метафизике, книга 2, где развивается анализ субстанции в понятиях формы и материи, которые не употребляются в Категориях. Это обстоятельство побудило некоторых комментаторов говорить о двух системах Аристотеля, содержащих две радикально противоположные концепции субстанции. В раннем произведении Категориях субстанции предстают как простые индивиды, в более позднем как соединение формы и материи. Означает это изменение взглядов Стагирита, или же для осуществления целей, ради которых были написаны Категории, просто не требовалось метафизического анализа субстанции Как бы то ни было, понятие субстанциальной формы является наиболее развитым представлением Аристотеля о субстанции полагает Н. ЯоЬшзоп см. Аристотель анализирует субстанцию при помощи понятий формы и материи. Однако философ называет материей не какоето определенное вещество, и не последние конституенты тел, такие, например, как атомы. Материя, скорее, является наименованием того, что для данного рода объектов соответствует функции сущности, составляющей объект. Например, материя топора это железо, из которого он сделан. Что же касается элементов, земли, огня, воздуха и воды, материя это бескачественная первая материя, которая лежит в основе всех их качеств и свойств. Другой влиятельной философской школой, предложившей отличную от аристотелевской интерпретацию понятия субстанции, были стоики. Они трактуют субстанцию как субстрат блокегроу, также обша и считают первой из четырех признаваемых ими категорий. Реально существующей стоики считают единую субстанцию это огненный боглогос, и он же космос. Это активное начало мира закон всех происходящих в мире изменений. Активности Логоса противостоит пассивное начало бескачественная материя. Начала вечны. Но Логос, поясняет Ю. А.Шичалин 7,1, 3, это своего рода семя, которое, приспосабливая к себе материю, раскрывается и создает четыре элемента огоньэфир, воздух, воду и землю. Огонь и воздух соответствуют активному началу, вода и земля пассивному. Элементы не вечны. Единый и конечный мир, как и все телесное, подвержен гибели. Его природа огненное дыхание пневма тпеира, вртЬю, движущееся в некоем созидательном порыве, к порождению и дальнейшему выжиганию всего порожденного. В пантеистической онтологии стоиков логос и бескачественный субстрат, вещество, активное и пассивное начала мыслятся нераздельными, составляя единую мировую субстанцию. В Средние века трактовка субстанции опирается в основном на аристотелевскую и отчасти на неоплатоническую традицию. Указанная двойственность Аристотелева учения о субстанции породила два направления понимание ее как единичного индивидуума легло в основу номинализма, к пониманию ее как эйдоса тяготел крайний реализм, представители которого исходили из реального существования общего.