Традиционный костюм бухарских евреев : проблемы этнокультурной идентичности

• Автор: Емельяненко, Татьяна Григорьевна
• Шифр специальности: 07.00.07
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2012
• Место защиты: Санкт-Петербург
• Количество страниц: 540 с. + Прил. (с. 317-540: ил.)

СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ

1. Обоснование подхода и актуальности темы исследования

2. Историография и источниковая база исследования.

а Проблемы историографии бухарских евреев

б Архивные материалы.

в Музейные коллекции.

г Иллюстративные источники.

д Полевые материалы

Глава 1. БУХАРСКИЕ ЕВРЕИ В СОЦИОКУЛЬТУРНОМ ПРОСТРАНСТВЕ СРЕДНЕЙ АЗИИ ИСТОРИЯ И ЭКОЛОГИЯ КУЛЬТУРЫ

1. Историческая и коллективная память о происхождении.

2. Традиционное расселение и направления миграции
в последней трети XIX начале XX в.
3. Традиционная хозяйственная деятельность как механизм
социокультурной адаптации
4. Сохранность этнокультурных границ.
Глава 2. МУЖСКОЙ КОСТЮМ СТРУКТУРА И СЕМАНТИКА
I. Рубахи и штаны.
2. Верхняя плечевая одежда
Халаты
Халаты с ватным слоем.
Легкие халаты без подкладки
Легкие халаты на подкладке.
Золотошвейные халаты.
Чакмаи.
3. Пояса .
4. Головные уборы.
Меховые шапки.
Шапки из ткани
5. Обувь
Глава 3. ЖЕНСКИЙ КОСТЮМ СТРУКТУРА И СЕМАНТИКА
1. Поясная одежда штаны.
2. Платья.
3. Верхняя плечевая одежда
Контача.I
Камзол.
4. Паранджа.
5. Головные уборы.
6. Обувь
7. Украшения
Виды украшений
Украшения на головной убор
Височные украшения
Серьги.
Носовая серьга
i рудные украшения
Браслеты.
Глава 4. ОТРАЖЕНИЕ САМОСОЗНАНИЯ И СИМВОЛЫ
ИДЕНТИЧНОСТИ В ПРЕДМЕТНООБРЯДОВОЙ СФЕРЕ
ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ
ЗАКЛЮЧЕНИЕ.
Список сокращений.
Список литерату


Вместе с тем, его результаты в значительной степени стали основополагающими для мотивации нашего исследования костюма бухарских евреев в контексте местных этнокультурных традиций и с точки зрения его самобытности если для носителей культуры разница в костюмах или его отдельных компонентах очевидна, то, следовательно, он не может являться лишь копией костюма соседнего населения и заключает в себе невидимую для стороннего наблюдателя этническую информацию, но вполне осознаваемую носителями культуры. Выясняя, что же конкретное может стоять за этим чтото не так, которым таджики и узбеки обычно объясняли, почему они не могут считать персонажей фотографий своими, нам удалось установить некоторые отличия и в тканях, и в видах или манере надевания украшений или других нюансах костюмного комплекса. Следует признать, что конкретные результаты, связанные с костюмом, были скромными, хотя при отсутствии иной информации каждый даже самый незначительный факт был чрезвычайно важен. Кроме того, в ходе таких бесед возникали новые аспекты и выяснялись разные дополнительные обстоятельства темы бухарских евреев, т. Этот метод хорошо известен в практике полевой работы как метод провоцирования монолога, т. Томпсон . В нашем случае таким провокатором послужили старинные фотографии, что, насколько нам известно, пока еще мало применяется этнографами. Имеющаяся в нашем распоряжении источниковая база заставляет учитывать специфику как самих источников, так и качество содержащихся в них материалов. Прежде всего, и образцы одежды в музейных собраниях, и фотоснимки дают представление преимущественно о нарядной, выходной одежде. Кроме того, их география ограничена преимущественно наиболее крупными городами, такими как Ташкент, Бухара, Самарканд, Коканд, при этом общая малочисленность материалов не позволяет выявить локальные различия в одежде бухарских евреев даже этих городов. Правда, по воспоминаниям самих бухарских евреев наших информантов, праздничный костюм не различался у разных локальных групп, причем именно его они считали своим, тогда как в повседневной жизни могли одеваться также, как соседнее население ПМА . Последнее утверждение, безусловно, нуждается в специальной проверке, хотя следует признать, что сегодня она вряд ли уже возможна. Вместе с тем, именно в праздничных одеждах, как и в ритуализированных ситуациях, дольше сохраняется память о характерных чертах культуры, что делает их одним из средств для выражения самоидентификации Арутюнов . Поэтому рассмотрение коспома бухарских евреев в парадном варианте и без учета местных различий, хотя и не дает о нем разностороннего и исчерпывающего представления, тем не менее, отвечает теме нашего исследования рассмотрение костюма как компонента этнокультурной идентичности бухарских евреев. Наконец, довольно ограниченный по количеству и разновидностям набор предметов одежды и украшений в музейных коллекциях и характер их отражения в иллюстративных источниках заставляет отказаться от попытки дать им достаточно полное и комплексное описание. По этим причинам также затруднительно систематизировать те или иные виды одежды и украшений бухарских евреев по привычным типообразующим признакам покрой, форма и др. Выбор критериев может каждый раз зависеть от содержания источников и относиться к форме ворота или общему силуэту, к материалу, расцветке или декору, к манере ношения или условиям бытования, к времени появления или, наоборот, исчезновения из костюма, степени распространенности и пр. В то же время закономерно, что при общности состава костюмных комплексов бухарских евреев и соседнего населения, единстве покроя и схожести формы большинства сто элементов отличия могли проявляться не в конструктивных особенностях, а в подобных особенностях. Именно они в значительной степени определяли исторически сложившиеся у местного населения представления о своем или чужом, соседском костюме, и именно на них в первую очередь будет сосредоточено наше внимание при сопоставлении компонентов бухарскоеврейского и таджикскоузбекского коспомов и их сравнительном анализе.