ГУЛАГ в советской государственной системе, конец 1920-х - середина 1950-х гг.

• Автор: Иванова, Галина Михайловна
• Шифр специальности: 07.00.02
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2002
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 430 с.

Оглавление
Введение

Глава 1. Историографические и источниковедческие проблемы исследования.

1.1. Историографические проблемы исследования.

1.2. Источниковедческие проблемы исследования.

Глава 2. Законодательная база советской репрессивной политики

2.1. Институциональные основы карательной политики

2.2 Нормативная база политических репрессий

Глава 3. ГУЛАГ карательная система нового типа.

3.1. Становление советской репрессивной системы

3.2. Второе рождение лагерной системы. Жизнь и борьба за колючей проволокой

3.3. Послевоенные репрессии и ГУЛАГ
3.4. Специальные лагерные суды.
Глава 4. Лагерная экономика
4.1. От школ труда к лагернопромышленному комплексу
4.2. Экономическая деятельность ГУЛАГа в послевоенный период
Заключение.
Список источников


Не учитывая это обстоятельство, автор в предисловии назвал, хотя и довольно глухо, источник своего исследования показания немецких военнопленных, вернувшихся из России. Похоже, что именно этот факт сыграл трагическую роль в судьбе книги, имевшей явный успех. По версии А. Авторханова, произошло следующее В том же году, в котором вышла книга, канцлер Аденауэр, ценой установления дипломатических отношений с Кремлем, выторговал у Хрущева и Булганина своих военнопленных. То ли проблема немецких военнопленных, то ли ещ чтото другое, неведомое нам, смертным, привели к тому, что и Европа и США и, конечно, Советский Союз в странном сговоре и трогательном единодушии решили приостановить стремительный восход книги и пресечь е успех, иными словами, похоронить е. Пресса замолкла радиопередачи, предназначенные для СССР, ничего о книге и из не не передавали исследователи не упоминали о ней и не включали в библиографии книгу, даже случайно, нельзя было найти в книжных магазинах, что подсказывало предположение о полном изъятии всего тиража. М. Фуко о том, что в любом обществе, даже считающем себя демократическим, производство дискурса, в том числе и научного, контролируется и подвергается селекции с помощью действенной системы исключений и запретов. Книга Б. Л. Яковлева была переиздана на английском и русском языках только в г. К тому времени она почти не устарела, так как никаких серьезных изменений в источниковой базе по лагерной проблематике не произошло. В основе работы лежали, как правило, показания живых свидетелей. Автор пытался высветить сложный и закамуфлированный аппарат ГУЛАГа, давал краткое описание 5 отдельных лагерей, указывал их расположение, климатические условия, производственную направленность их деятельности. Гам, где возможно, давал и число заключенных по лагерям, строго сверяя с показаниями свидетелей. При этом, Яковлев, может быть, первый из всех авторов, занимавшихся историей ГУЛАГа, трезво и критически оценил степень информированности бывших заключенных, чьи свидетельские показания использовались в качестве основного источника почти во всех зарубежных исследованиях. О приводимых в книге количественных показателях Яковлев писал Вполне понятно, что к этим цифрам нужно относиться осторожно, ибо ни одному заключенному, за редким исключением, никогда не было известно точно число заключенных, находящихся в его лагерном пункте, лагере или лагерной группе, как не было известно и число самих лагерных пунктов. Западные исследователи не ограничивали свои задачи изучением конкретноисторических сюжетов, связанных с функционированием советских или любых иных концлагерей. Отсутствие архивных источников тормозило работу западных исследователей, но, тем не менее, вопросы о принудительном труде и общем количестве заключенных в СССР с повестки дня не снимались, и дискуссионные статьи на эту тему продолжали публиковаться на страницах ведущих зарубежных журналов, таких как vi i, vi vi и других. Особенно следует отметить так называемый трансатлантический обмен мнениями, исчерпывающий по своему характеру, который состоялся в х годах и касался всех возможных методов подсчетов и методологий выявления результатов. В дискуссии участвовали Р. Конквест, С. Розфильд, С. Уиткрофт и ряд других историков. Дискуссия о размерах принудительного труда в СССР носила сложный характер, к научным интересам часто примешивались политические. В целом, позиции сторон определялись их отношением к источниковой базе одни историки предпочитали вести свои исследования, опираясь на оценки эмигрантов, бывших заключенных и т. Однако разные подходы мало повлияли на конечный итог исчислений полученные данные о размерах принудительного труда в СССР незначительно отличались от тех, которые приводились в работах предшественников, и находились вс в тех же пределах от 3 5 миллионов до миллионов человек. Дискуссия затрагивала не только проблему принудительного труда, но и поднимала вопросы о демографических последствиях коллективизации и голода гт. Анализировавший эти дебаты В.