Формирование и реализация правоохранительной политики антибольшевистскими правительствами на востоке России : 1918 - 1922 гг.

• Автор: Звягин, Сергей Павлович
• Шифр специальности: 07.00.02
• Научная степень: Докторская
• Год защиты: 2003
• Место защиты: Кемерово
• Количество страниц: 623 с.

Оглавление
Введение

Глава 1. Становление правоохранительной политики в лагере восточной контрреволюции.

1.1. Состояние законности на востоке России

1.2. Позиция руководителей и видных деятелей антибольшевистских режимов по борьбе с преступностью

1.3. Нормативная база установления законности.

1.4. Подготовка кадров для правоохранительных органов.

Глава 2. Воссоздание и функционирование судебной системы

2.1. Формирование кадров судебных учреждений

2.2. Деятельность окружных судов и судебных палат.

2.3. Создание военнополевых судов

2.4. Возрождение адвокатуры.
Глава 3. Восстановление органов следствия и прокурорского надзора
3.1. Подбор и расстановка кадров в следствии и прокуратуре
3.2. Создание и работа следственных комиссий
3.3. Осуществление надзора за соблюдением законности
Глава 4. Организация и служба милиции.
4.1. Динамика численности и штаты милиции, ее материальнофинансовое обеспечение.
4.2. Опыт борьбы милиции с преступностью
Глава 5. Практика привлечения армии и населения к наведению порядка
5.1. Действия воинских отрядов по подавлению антиправительственных выступлений.
5.2. Помощь населения властям в деле утверждения порядка. Причины появления и осуществления внесудебных расправ.
5.3. Распространение юридических знаний и окауние правовой помощи
населению
Заключение.
Приложения.
Список использованных источников


Прокурор Красноярского окружного суда ГАКК, Ф. Томский окружной суд и Ф. Прокурор Томского окружного суда ГАТО, Ф. Прокурор Иркутского окружного суда и Ф. Прокурор Иркутской судебной палаты ГАИО, Ф. Омская судебная палата и Ф. Омский окружной суд ГАОО. В документах этих фондов можно узнать о реализации правоохранительной политики на местах, о структуре и порядке работы, кадровом потенциале судебных учреждений разного уровня и органов прокурорского надзора. Самостоятельное значение имеет анализ конкретных уголовных и гражданских дел. К документам судебных учреждений логически примыкают документы следственных комиссий Ф. Иркутская губернская следственная комиссия ГАРФ, Ф. Р. Томская губернская следственная комиссия ГАТО, Ф. Следственная комиссия при управляющем Забайкальской областью ГАЧитО и другие. В этом случае представляет интерес практика этих учрежI дений по разбору дел о причастности к большевизму. Это в свою очередь дает возможность судить об эффективности этих формирований. Самостоятельный интерес представляют документы управлений милиции в губерниях областях, городах уездах. Среди них Ф. Управление Иркутской городской милиции ГАРФ и Ф. Р.0 Курганская уездная милиция ГАКургО, Ф. Читинская городская милиция ГАЧитО, Ф. Р.2 Благовещенская городская милиция ГААО, Ф. Баргузинская уездная милиция НАРБ и другие. Интерес вызывают материалы, посвященные созданию отрядов особого назначения, вопросам подготовки личного состава. Анализ этих архивных дел позволяет представить себе уровень профессионализма чинов милиции. Привлекают внимание материалы, раскрывающие порядок финансирования милиции, особенно после передачи ее в ведение МВД. Здесь особенно интересна практика создания должностей в милиции на частные средства. Важными являются документы из фондов местных органов власти. Здесь можно указать Ф. Енисейское губернское управление ГАРФ, Ф. Управляющий Алтайской губернией ЦХАФАК, Ф. Томской губернией ГАТО, Ф. Управляющий Забайкальской областью ГАЧитО, Ф. Р.2 Комиссар Временного Сибирского правительства по Кургану и Курганскому уезду ГАКургО, Ф. Р.6 Управляющий Верхнеудинским уездом НАРБ и другие. Эти документы позволяют судить о месте и роли названных администраторов по непосредственному руководству милицией, о методах их работы, о принципах подбора, расстановки и профессиональной подготовки личного состава милиции. Особого внимания заслуживают попытки местных властей поднять служебную дисциплину милиционеров, а также стремление покончить с многочисленными случаями произвола и беззакония. Третью по перечислению, но не по важности группу образуют документы, знакомящие нас с позицией по вопросам установления законности и порядка Верховного правителя, председателя правительства, министров внутренних дел и юстиции, руководителей губерний и областей. Длительное время они были вне внимания историков, хотя были весьма содержательны. Их анализ позволяет заявить о том, что позиция руководителя режима и членов правительства была основана на российских традициях государственности. Она вполне корреспондируется с представлениями о демократическом или, как сейчас принято говорить, правовом государстве. Сравнение этих деклараций с практикой дает возможность говорить о степени их реализации, о мере приверженности политиков декларируемым ценностям. В качестве примера можно привести доклад В. И. Лебедева, прочитанный на собрании Международной Лиги Возрождения свободной России в январе г. НьюЙорке2. В нем не нашлось места для анализа деятельности Комуча по установлению законности на контролируемой им территории, что весьма характерно. В четвертую группу источников включена пресса. Здесь мы следуем мысли Э. Геллнера о происхождении и достоверности источника3. Лебедев В. И. Борьба русской демократии против большевиков. Записки очевидца и участника свержения большевистской власти на Волге и в Сибири. НьюЙорк, . Геллнер Э. Структура человеческой истории Структура истории. Вып. Новосибирск, .