Человек добросовестный : взаимодействие морального и правового аспектов индивидуального бытия

• Автор: Исмаилов, Анвар Юрьевич
• Шифр специальности: 09.00.13
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2011
• Место защиты: Челябинск
• Количество страниц: 148 с.

Содержание
Введение
Глава первая. Теоретико-методологические основания исследования добросовестности в контексте философской антропологии
1.1 Понятие «добросовестность» в его соотношении с важнейшими антропологическими константами в истории философской мысли

1.2 Моральное и правовое в индивидуальном бытии человека: единство и

различие
Глава вторая. Добросовестность в аспекте взаимодействия морального и правового в практической жизни человека

2.1 Добросовестность в контексте диалектики практической жизни индивида

2.2 Добросовестность - мера присутствия морального начала в правовой

сфере индивидуального бытия человека

Заключение
Список использованной литературы

Введение
Актуальность темы исследования. Непрекрагцающийся на протяжении четверти века период реформ, дальнейшее развитие рыночных отношений в России актуализировали проблему выбора оснований индивидуальной и общественной жизни, как в теоретическом, так и в практическом аспектах. Определение приоритета нравственного или сугубо прагматического подходов в различных сферах человеческой жизни, поиск основы их паритетного существования — жизненно важная задача для общества в целом и каждого отдельного человека.
Создаётся впечатление, что каждый наш соотечественник знает чего желать; он знает, что такое счастье и как его достичь. Средства массовой информации через рекламу ежедневно осуществляют «парадигмальную прививку» гедонистических установок в сознании современного человека. Потребительство стало сформированным, устоявшимся образом новой, «настоящей» человеческой жизни.
Дефицит, существовавший на протяжении почти всей советской истории России, собственно никуда не исчез, однако он приобрёл «неовеществлённый» характер, сместившись из сферы материальной в сферу духовной жизни человека. Он стал одним из оснований двойного стандарта в мышлении человека и в его поступках. Достоинство человека, как осознание им нравственного начала в самом себе, всё более становится чем-то имеющим внешнее измерение, по своему содержанию приближаясь к понятию «достойная жизнь» (благополучная в материальном смысле). «Сделаю по совести» при условии «достойного вознаграждения» - так нередко можно обозначить готовность современного человека действовать.
Изменения значимых сторон жизни человека не обошли и сферу правовых отношений. В цивилизованном обществе правовое регулирование постоянно расширяет свои границы, стремясь максимально охватить сферы и виды деятельности людей и отношения между ними.
Вместе с тем, правовая оценка сопряжена с рядом трудностей. Во-первых, это связано с тем, что содержание и формы практической жизни динамично изменяются, тогда как право закрепляет всегда уже установившиеся отношения, фиксирует их как некие устойчивые формы деятельности. Во-вторых, право не способно в полной мере охватить всё разнообразие человеческой деятельности и отношений, и здесь всегда существует своеобразный зазор между универсальностью, которая присуща моральной оценке и тем, что может быть оценено с точки зрения позитивного права.
На протяжении достаточно долгого времени в нашей стране существовала ситуация дефицита права, закона: правотворчество и
правоприменение были подчинены идеологическим установкам; человек не являлся законопослушным гражданином в подлинном значении этого слова, поскольку закон мог соблюдаться лишь формально, без осознанного принятия и признания его в качестве важнейшего регулятора: любых отношений между людьми. В этих условиях сохраняла своё значение моральная регуляция: добросовестное отношение к труду, ратному делу, к товарищам ценились как особая доблесть.
Но в настоящее время можно говорить о наличии дефицита морали в обществе. В значительной степени это связано с нигилистическим отношением к её идеологизированному варианту, к морали советского времени и её носителям - людям старших поколений. В результате произошла существенная метаморфоза: нигилизм приобрёл радикальную форму, мораль с ориентацией на общечеловеческие ценности, на совестное начало, была подменена моралью, ориентированной на успешность (которая всегда подразумевает ситуагивность). Такая мораль требует регуляции, в которой фундаментом выступают уже не внутренние убеждения человека, а идея законности, законопослушания — соблюдения неких правил, установленных внешним авторитетом.
дело себя самого, и притом целиком; он должен спрашивать не про другого и не для другого, а про себя и для себя; и не «теоретически», чтобы выведать и узнать, а практически, чтобы так решить и сделать» [60, с. 188].
Человек очень часто придумывает для себя различного рода обобщения, напротив, совесть не даёт никаких обобщений, а указывает на нравственно лучший, единственный выход из создавшегося положения. Необходимо много раз обращаться к совести для получения единичных указаний, а не ожидать от неё общих правил, которые гораздо легче помыслить и сформулировать, но которые в итоге оказываются нежизнеспособными.
Духовными развалинами, несоответствующими и искажёнными называл И. А. Ильин понимание многими его современниками феномена совести и призывал отказаться* от такого понимания, ибо часто под совестью они понимали так называемые «укоры совести», а не силу положительного зова. Под укорами совести философ подразумевал «болезненный протест вытесненного и не состоявшегося совестного акта» [60, с. 182]. И беда здесь в том, что многие в своих поступках поддались соображению целесообразности. Другими словами они, «благодаря» «уму» и «образованности», «критическому» отношению к иррациональным сторонам бытия человека, разучились переживать совестный акт и понимать священные цели жизни.
Постоянное стремление человеческой души находиться во внутреннем равновесии и спокойствии приводило некоторых к известной нравственной скромности, реализации христианской заповеди о неосуждаемости других. Но наряду с таким явлением философ выделяет и очень, по его словам, вредный и опасный процесс, когда извращается или снижается само понимание совести. «Человек, которому не удаётся поднять себя до совести, начинает опускать её до себя» [60, с. 184]. И здесь выделяется два основных искажения, а именно, полное ожесточение души