Издательская деятельность русской эмиграции в Китае : Харбин, Шанхай: 1917-1947 гг.

• Автор: Солодкая, Маргарита Борисовна
• Шифр специальности: 05.25.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2006
• Место защиты: Краснодар
• Количество страниц: 212 с.

Содержание
Введение

Глава 1. Издательская деятельность русской эмиграции

в Харбине гг.

1.1. Харбин главный культурный и издательский центр русской эмиграции в Китае

1.2. Издательская деятельность научных обществ и литературных

студий Харбина.

1.3. Русская периодическая печать в Харбине

Глава 2. Издательская деятельность русской эмиграции в Шанхае

2.1. Формирование русского культурного центра в Шанхае.

2.2. Особенности издательской деятельности русских в Шанхае

I 2.3. Периодические и продолжающиеся русские издания
в Шанхае.
Глава 3. Частный архив поэтессы Л.Ю. Хаиндровой как источник
документов по истории издательской деятельности русской дальневосточной эмиграции Харбине, Шанхай
3.1. История образования архива Л.Ю. Хаиндровой.
3.2. Эпистолярные документы в архиве Л.Ю. Хаиндровой
3.3. Журналы и книги русских писателей, изданные в Китае,
из архива Л.Ю. Хаиндровой
Заключение
Список использованных источников


Так сложилась «двуслойность» русской колонии на территории КВЖД, которая определялась различиями исторических судеб первопоселенцев и эмигрантов и, конечно, отразилась в их печатных произведениях. Советская власть всех бывших российских граждан, живших за пределами России, отнесла к разряду эмигрантов-беженцев. Название эмигранты неправомочно закрепилось и за всеми бывшими российскими гражданами в Китае, даже за теми, кто родился здесь до революции. Н.Е. Абловой (2, С. Применительно к русскому обществу на отчуждённой китайской территории в монографиях ведущих специалистов одновременно используются термины колония, диаспора, эмиграция. Значения этих слов в буквальных переводах с родных латинского и греческого языков выстраиваются в цепочку понятий: поселение (колония), рассеяние (диаспора), переселение-выселение (эмиграция) (2, С. Мы считаем, что ни одно из названий точно не определяет тот российский общественный сплав, который образовался на землях Северной Маньчжурии после года, но соглашаемся с устоявшимся применением их как синонимов. К особенностям дальневосточной русской эмиграции следует отнести и моральный фактор: здесь русские духовно и культурно всегда были связаны с метрополией, так как само наличие русско-китайской железной дороги обеспечивало эту близость и в определенном смысле общение. Жизнь русской диаспоры в Китае, конечно, не была безмятежной, она все годы испытывала разновекторные исторические влияния. После закрытия границы новым, советским, правительством здешние россияне полной мерой испили горечь потери Родины. Но в году было заключено советско-китайское соглашение, по которому управление КВЖД перешло в руки совместного советско-китайского управления. Право работать на железной дороге вместе с китайцами теперь имели только те, кто получил советские паспорта, а другие, не пожелавшие перейти в советское гражданство, лишились работы. Спустя время, в возник советско-китайский конфликт, советские учреждения покинули Маньчжурию, оставив поверивших им людей в сложном положении (и с опасными паспортами). В территорию Северо-Восточного Китая (Маньчжурию) оккупировала Япония, и здесь возникло новое государственное образование - Маньчжоу-Го (1 марта г. С. 0). После победы СССР над Японией Маньчжурия снова стала китайской, а КВЖД в году была передана советским правительством Китаю. Вошедшие осенью года в города российского расселения войска НКВД сразу начали работу по репатриации. Путь на родину для большинства мужского населения обернулся трагедией. Бывшие офицеры царской армии, сражавшиеся, как правило, в годы гражданской войны против советской власти, отправлялись под охраной на территорию СССР и заключались в исправительные лагеря, из которых многие уже не вышли. Последние россияне покидали китайскую землю, ставшую родной, в -е годы. К сожалению, им довелось увидеть, как варварски новый «красный» Китай освобождался от наследия русского зарубежья. Истреблялись книги, газеты, многочисленные документы, копившиеся в библиотеках, редакциях, канцеляриях, костры пылали прямо под окнами зданий. Но еще сохранялись у харбинских старожилов интереснейшие фотографии, разные сборники, книги, немалые личные архивы - всё это развезли по миру «вторичные» эмигранты. Только незначительная часть этого богатства оказалась в СССР. Боясь идеологически чуждого влияния капиталистического зарубежья, пограничные службы препятствовали ввозу печатных изданий. То же, что еще оставалось в Китае, большой частью погибло во время так называемой «культурной революции» -х годов. Русский Харбин - особое, неповторимое социо-культурное явление в жизни российской колонии, образовавшейся в Китае. Ему было суждено стать столицей для россиян на долгие полвека. Город построили на месте маленькой маньчжурской деревушки, затерянной среди пустынной безлюдной степи, где русские строители временно размещали в саманных домиках администрацию будущей дороги и Пограничной стражи, телеграф и больницу. Но в некотором отдалении уже закладывались фундаменты зданий Нового Харбина, производилась планировка улиц. В России в журнале «Нива» появились первые популярные описания этого загадочного уголка.