Генеалогические представления в средневековом исландском обществе : На материале "Саги о Ньяле"

• Автор: Литовских, Елена Владимировна
• Шифр специальности: 07.00.03
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2004
• Место защиты: Москва
• Количество страниц: 253 с.

Введение

Глава 1. Генеалогические перечни в структуре Саги о Ньяле

1.1. Генеалогическая терминология

1.2. Родословие как часть вводной характеристики персонажа

1.3. Способы включения генеалогических перечней в текст саги. Вводные формулы перечней

1.4. Внутренняя структура генеалогических перечней

1.5. Длина генеалогических перечней. Первопредки

1.6. Генеалогия как литературный прием

Глава 2. Идентификационная функция генеалогии

2.1. Имя в исландском роду

2.2. Употребление патронимов

2.3. Обозначение человека через прозвище
2.4. Оттопонимное именование. Связь родословной с топографической идентификацией
2.5. Использование генеалогии для идентификации человека
Глава 3. Общественные функции генеалогии
3.1. Роль генеалогических представлений в определении и поддержании социального статуса человека
3.2. Имущественные отношения и родословная
3.3. Генеалогия в праве
Заключение
Список сокращений
Источники и литература
Приложение 1. Генеалогические связи персонажей Саги о Ньяле
Приложение 2. Перевод фрагментов Книги о заселении страны
Введение


Книга об исландцах и Книга о заселении страны. См. I Ii i i. I iv i i. V. . С другой стороны, приводимые в королевских сагах генеалогические перечни касаются норвежцев, преимущественно представителей норвежской знати, особенно норвежских конунгов, что также прямо не затрагивает собственно исландских родословий и может менять характер генеалогических описаний. Источником, на основе которого можно наиболее полно проследить повседневное функционирование генеалогических сведений в средневековом исландском обществе и выявить их место в нем, являются родовые саги Ыепс1аздиг доел, саги об исландцах. История изучения родовых саг насчитывает около трех столетий и носит по преимуществу филологический характер. В XVIII первой половине XIX в. Лишь в середине XIX в. П.Э. Мюллер первым поднял проблему историчности саг и выдвинул предположение о том, что саги существовали в устной, хотя и фиксированной форме. В это же время началась основная для саговедения и продолжающаяся до сих пор дискуссия о происхождении родовых саг. Подробный обзор литературы см. Ii i i i. Ii. В. 2. См. Ii ii. Сторонники теории свободной прозы Р. Майсснер, А. Хойслер, Г. Неккель, Финнюр Йоунссон, К. Листоль и др. По их мнению, саги бытовали в устной традиции в той же форме, в какой они дошли до нас, а писец, записывавший саги, имел не больше творческой свободы, чем любой из предыдущих рассказчиков. Применительно к генеалогии это означало, что все перечни, встречающиеся в сагах, представляют собой реальные родословные в устной форме, передававшиеся на протяжении нескольких столетий из поколения в поколение с постепенными их пополнениями. Приверженцы теории книжной прозы К. Маурер, О. Могк, Бьрн М. Оульсен, Сигурдюр Нордаль, Эйнар Оул. Свейнссон и др. Тем самым они подчеркивали, что саги в том виде, как мы их знаем сейчас, являют собой произведения, созданные в период их записи, в ХНХШ вв. Термины i и были введены А. Хойслером . О дискуссии подробнее см. Ii i . Ii i . Данная теория была изначально сформулирована Сигурдюром Нордалем i . Сигурдюр Нордаль одним из первых поднял проблему достоверности саговых родословий, считая их одними из немногих исторически достоверных сведений в родовых сагах. Последующие историки и саговеды уделяли наибольшее внимание фактическим неточностям генеалогических перечней и имеющимся в них лакунам, перепроверяли их по другим источникам. Однако возможность того, что какиелибо изменения могли сознательно вноситься в родословия составителями саг, полностью отрицалась. Не ставилась под сомнение достоверность саговых генеалогических перечней и теми исследователями, которые анализировали их место во вводной характеристике персонажей, хотя неоднократно отмечалась важную роль генеалогических построений для определения характера и социального статуса действующих лиц. I v i i i. Ii i i i i i iv . V. , . Ii i . См. Vi v iii i Vi ii. V. . I. , . Vii i. V. . См. К. ii i i Ii i vi. V. . За рамки дискуссии о свободной и книжной прозе выходит концепция синкретической правды, выдвинутая М. И. СтеблинКаменским и в той или иной степени разделяемая А. Я. Гуревичем , П. Мюленграхтом Сренсеном и Дж. Хэррисом . По мнению этих исследователей, родовым сагам свойственна этикетность, и они привержены определенным стереотипам, как сюжетным, так и лингвистическим, однако, по словам А. Я. Гуревича, категория художественного вымысла или преувеличения абсолютно чужда сознанию создателей саг . М.И. СтеблинКаменским и А. V. 1. Ii i i . СтеблинКаменский М. И. Исландские саги СтеблинКаменский М. И. Историческая поэтика. Л., . Обзор данной концепции см. Ii i . Материалы международной конференции, посвяшенной столетию со дня рождения проф. М.И. СтеблинКаменского. СПб. Р. . Гуревич А. Я. Несколько соображений на полях статьи Э. Эстерберг i. Мировое древо. М., . Вып. С. . Ii i. V. 4. СтеблинКаменскийМ. И. О реализме исландских саг Тезисы докладов 2й научной конференции по истории, экономике, языку и литературе Скандинавских стран и Финляндии. М., . С. . Гуревич А. Я. История и сага. М., . С. .