Фоновые практики интеллигенции в современной городской культуре : гендерный аспект

• Автор: Дудоладова, Мария Михайловна
• Шифр специальности: 24.00.01
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2015
• Место защиты: Пермь
• Количество страниц: 153 с.

Оглавление
Введение
Глава 1. Эвристический потенциал фоновых практик в исследовании ценностно-нормативной сферы культуры

1.1. Интерпретации ценностно-нормативного порядка

в гуманитарном знании

1.2. Культурная память: воспроизведение норм

и ценностей советской эпохи

1.3. Типология фоновых городских практик 46 Глава 2. Генеалогия и переозначивание смыслов

гендерных фоновых практик городской интеллигенции

2.1. Программа и технология эмпирического исследования

2.2. Дискурсивный аспект фоновых практик городской интеллигенции
2.3. Фоновые практики потребления в современной городской культуре
2.4. Дисциплинарные фоновые практики в современной городской культуре 110 Заключение
Библиографический список
Приложение №
Приложение №

Введение
Актуальность работы обусловлена глубоким интересом отечественных и зарубежных исследователей культуры к советскому культурному наследию. Традиции, сложившиеся на протяжении XX столетия, оказывают существенное воздействие на нормативно-ценностную сферу современной российской городской культуры, сохранившей «советское» в своих структурах, социокультурных институтах и повседневных практиках.
Для отечественной культурологии «...одной из важнейших проблем оказывается неясность того, как, собственно, происходит процесс воспроизводства “советского человека”»1, или, точнее, носителя советской культуры. С одной стороны, советская эпоха уже в прошлом, но с другой стороны, она продолжает оказывать мощное влияние на современную ситуацию в российской культуре. Одним из проявлений противоречивости культурной ситуации можно считать общероссийский кризис идентичности, возникший, в том числе, и в городских сообществах после распада Советского Союза.
В результате транзитивный характер социокультурных институтов стирает чёткие границы между тем, что традиционно было принято считать нормой, и тем, что ею не является. Жители современных российских городов, столкнувшиеся с ситуацией культурного шока и, вследствие чего, переживающие культурную травму, актуально находятся внутри «мозаичной культуры». В ней присутствуют разнообразные (и при этом - гетерогенные) нормы, символы, ценности. Любое, даже самое экстравагантное поведение может быть культурно одобряемым в какой-то особенной нормативно-ценностной системе. В такой ситуации горожане испытывают затруднения в процессе идентификации. Индивид совершает поступки, не согласованные друг с другом, не поддающиеся однозначной интерпретации. Когда современность утрачивает определенность, прозрачность и осмысленность,
1 Гудков Л. Условия воспроизводства «советского человека» // Полит.ру. 10.11.2009. Электронный ресурс: Дата обращения: 15.04.2014.

закономерно актуализируется культурная память.
В такой ситуации большинство объяснительных моделей, выработанных гуманитарным знанием в XX веке, оказываются нерелевантыми, поскольку они не учитывают обстоятельств, возникших вследствие культурно-исторических событий конца XX века и их последствий. В результате, множество конкурирующих ценностных систем не позволяют выстроить единую иерархию субкультур. Исследователи испытывают затруднения в дефиниции
доминирующей («высокой») культуры. Именно поэтому в изучении современной российской городской культуры трудно опереться на определенную генерализирующую модель. В этой связи необходимо
осмысление условий и механизмов, соединяющих советское прошлое с российским настоящим. Задача исследователя - «расколдовать» (М. Вебер) кажущуюся иррациональность, невнятность и разнообразие человеческих практик. Знание механизмов трансляции культурного наследия является частью решения глобальной задачи, выступающей для российской гуманитаристики своего рода «регулятивным принципом» или «категорическим императивом», -нормализации многомерного культурного пространства современного города, поскольку нормальное функционирование любого социокультурного института возможно лишь в том случае, если в городском сообществе присутствует ценностный консенсус.
Для этого представляется целесообразным выяснить культурный
background, то есть фоновые ценностные основания поведенческих стратегий горожан. В терминах М. Вебера это означает интерпретацию человеческих поступков как «ценностно-рациональных». Теория практик на сегодняшний день имеет преимущественно философский статус. Необходимо адекватно перевести её на язык культурологии. Под фоновыми практиками в исследовании понимается сумма поведенческих актов, направляемых нормами и ценностями, зафиксированными в культурной памяти, иначе говоря, мотивированными идеализированным образом прошлого.
В целом, фоновые практики современных горожан представляют на

С одной стороны, воспоминания индивида «вписываются в рамки его личности или его личной жизни, и даже те из них, которые он разделяет с другими, рассматриваются им лишь с той стороны, с которой они затрагивают его в его отличии от других». Но есть и другая сторона воспоминаний, когда «в определенные моменты он способен вести себя просто как член группы, вызывая в памяти и поддерживая безличные воспоминания в той мере, в какой они затрагивают его группу». Хальбвакс говорит о том, что оба типа памяти часто бывают сплетены. «В частности, индивидуальная память может опереться на память коллективную, чтобы подтвердить или уточнить то или иное воспоминание или даже чтобы восполнить кое-какие пробелы, вновь погрузиться в нее, на короткое время слиться с ней». И всё же, по Хальбваксу, индивидуальная память «идет по собственному пути, и весь этот внешний вклад постепенно усваивается и встраивается в нее». В отличие от индивидуальной памяти, «коллективная память оборачивается вокруг индивидуальных воспоминаний, но не смешивается с ними. Она развивается по собственным законам, и даже если иногда в нее проникают и некоторые индивидуальные воспоминания, они видоизменяются, как только помещаются в целое, которое уже не является сознанием личности» [164].
Автор «Социальных рамок памяти» считает, что «если присмотреться к тому, как мы что-либо вспоминаем, то придется признать, что большинство воспоминаний, несомненно, возникает у нас тогда, когда их напоминают нам родные, друзья или другие люди». Память имеет социальный характер: «свои воспоминания человек, как правило, приобретает, воссоздает в памяти, узнает и локализует именно в обществе». Хальбвакс предлагает посчитать, «сколько воспоминаний возникло у нас в течение дня по поводу прямых или косвенных сношений с другими людьми. Нам станет ясно, что чаще всего мы обращаемся к своей памяти, чтобы отвечать на вопросы, которые они нам задают или могли бы задать, причем, отвечая на их вопросы, мы встаем на их точку зрения и рассматриваем самих себя как членов той же группы или тех же групп, что и они» [163, с.28].