Следственная и судебная практика и их роль в обеспечении правильного применения норм уголовно-процессуального права

• Автор: Ашуров, Вели Кахриманович
• Шифр специальности: 12.00.09
• Научная степень: Кандидатская
• Год защиты: 2015
• Место защиты: Волгоград
• Количество страниц: 257 с. : ил.

ОГЛАВЛЕНИЕ:
Введение
Глава 1. Роль следственной и судебной практики в достижении назначения уголовного судопроизводства

§ 1. Назначение уголовного судопроизводства и применение норм

уголовно-процессуального права

§ 2. Понятие уголовно-процессуальной практики и ее виды

Глава 2. Актуальные аспекты формирования следственной практики и ее роль в обеспечении правильного применения уголовнопроцессуальных норм
Глава 3. Вопросы формирования судебной практики и ее влияние на режим правоприменения
§ 1. Процесс формирования судебной практики и источники ее формирования в системе правового регулирования в уголовно-процессуальной отрасли права
§ 2. Значение решений Конституционного суда Российской Федерации и Европейского суда по правам человека для обеспечения назначения уголовного судопроизводства
Заключение
Список литературы
Приложения
ВВЕДЕНИЕ
Актуальность темы диссертационного исследования.
Эффективность правовой реформы обусловливается правильным применением на практике органами предварительного расследования и суда обновленного законодательства. Однако процесс правоприменения во многом зависит не только от умения конкретных должностных лиц и государственных органов верно истолковывать уголовно-процессуальные нормы, но и от умения последовательно обеспечивать такой режим правоприменения, благодаря которому в полной мере реализовывалось бы назначение уголовного судопроизводства.
Действующее уголовно-процессуальное законодательство определяет назначением уголовного судопроизводства защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод, уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания, отказ от уголовного преследования невиновных, освобождение их от наказания, реабилитацию каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ст. 6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации1). При этом перед уголовным судопроизводством не поставлены важные социальные, воспитательные, профилактические задачи, которые, по логике, должны решаться в ходе осуществления уголовно-процессуальной деятельности. Данное обстоятельство дезориентирует правоприменителя, не способствует повышению эффективности уголовного судопроизводства, не должным образом сказывается на формировании следственной и судебной практики.
Полагаем, назрела объективная потребность в более четком формулировании назначения уголовного процесса и задач, выполнение которых при-
1 Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ (ред. от 08.03.2015) // Собрание законодательства РФ. 2001. № 52 (ч. 1). Ст. 4921. Далее - УПК РФ.

звано обеспечить его реализацию. Решение этого вопроса является не чисто научной проблемой - оно напрямую связано с оптимизацией следственной и судебной практики, повышением эффективности правоприменения в сфере уголовного судопроизводства.
Анализ следственной и судебной практики, предпринятый рядом уче-ных-процессуалистов в период начала реформирования уголовнопроцессуального законодательства, показал тревожные тенденции в формировании собственной региональной практики на местах, что препятствует созданию единого пространства правоприменения на территории Российской Федерации. Особенно ярко это проявляется в следственной практике.
Необходимо отметить, что следственная и судебная практика имеют не только различные источники формирования, но и различную степень обязательности для правоприменителя. В дореформенное время было принято говорить о «следственно-судебной практике», как о целостном явлении, влияющем на процесс правоприменения, определяющем его однородность, единую направленность и, в конечном счете - его эффективность.
Действующий УПК РФ существенным образом повлиял на следственную и судебную практику, которые формируются в различных условиях: в досудебном производстве, построенном по розыскному типу, следственная практика складывается при минимальном воздействии на нее принципа состязательности сторон. На современном этапе следственная практика складывается на региональном и межрегиональном уровнях с учетом деятельности органов предварительного расследования в условиях влияния ведомственных актов, директив руководства правоохранительных органов конкретного субъекта Российской Федерации. Поэтому уяснение закономерностей формирования следственной практики, выработка на основе этого предложений по совершенствованию деятельности следственных органов по ряду ключевых направлений весьма актуальны для современного уголовного судопроизводства.

ловкого процесса по конкретному уголовному делу (цель деятельности отдельных участников реальных правоотношений - прежде всего - правоприменителей - следователя, дознавателя, органа дознания, прокурора, суда). Возможно, именно поэтому законодатель и применил термин «назначение»1 для наименования цели «более высокого порядка», выстраивая определенную иерархию. Однако в этой закрепленной в ст. 6 УПК РФ иерархии наблюдается некоторый дисбаланс в пользу интересов отдельной личности, что представляется несколько нелогичным с точки зрения общих интересов социума2.
Такую картину мы наблюдаем и при анализе позиции 10. А. Фролова, который полагает, что «содержание целевого назначения системы уголовного судопроизводства обнаруживается в виде иерархической системы взаимосвязанных и согласованных целей:
- защита прав и свободных интересов лиц и организаций (главная
цель);
- защита прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений и защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (цели второго уровня);
- уголовное преследование и назначение виновным справедливого наказания; защита невиновных от уголовного преследования, освобождение от наказания и реабилитация каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (цели третьего уровня)»3.
1 Хотя в науке можно встретить и еще одно сочетание, применяемое для обозначения це-леполагания в уголовном судопроизводстве. Например, Е. Б. Мизулина пишет: «Поскольку уголовный процесс есть вид человеческой! деятельности, предполагающей цель и средства ее осуществления, вполне обоснованно построение его модели на базе целевого назначения» (Мизулина Е. Б. О модели уголовного процесса // Правоведение. 1989. № 5. С. 48).
2 Не случайно А. Д. Бойков подчеркивал, что дело законодателя - не выпячивать одно назначение за счет другого, а найти между ними разумный баланс (см.: Бойков А. Д Третья власть в России. Очерки о правосудии, законности и судебной реформе 1990-1996 гг. М., 1997. С. 63).
3 Фролов 10. А. Указ. соч. С. 20.