Региональная экономика как субъект и объект рыночных отношений

• Автор: Назаров, Александр Викторович
• Год защиты: 0
• Количество страниц: 0

Глава I. Формирование образа врага в сознании российских участников Кавказской войны 1817-1864 гг.

1.1. Эволюция образа врага в представлении российских офицеров

1.2. Особенности образа врага в сознании казачества

Глава II. Психология российского комбатантства в экстремальных условиях Кавказской войны в 1817-1864 гг.

2.1. Психология боя глазами офицеров

Отдельного Кавказского корпуса

2.2. Специфика поведения казачества

в боевой обстановке на Кавказе

2.3. Героические символы Кавказской войны 1817-1864 гг

Глава III. Военный быт Кавказской войны 1817-1864 гг. в историко-психологическом измерении
3.1. Фронтовой быт и морально-психологическое состояние Отдельного Кавказского корпуса
3.2. Повседневная жизнь казачества в боевой обстановке
на Кавказе в первой трети XIX в
3.3. Влияние природно-климатического фактора
на психологию участников Кавказской войны 1817-1864 гг
Заключение
Список использованных источников и литературы

Актуальность темы. В последнее время проблемы геополитики, войны и мира стали особенно популярными в современных социогуманитарных исследованиях, в том числе и исторических. В настоящее время существует довольно большое количество работ профессиональных психологов, социологов и историков, посвященных проблеме изучения человеческого поведения на войне. За каждым из исследований стоит не просто описание, а целый комплекс теоретических рассуждений о психологии отдельной личности и целых групп в экстремальных условиях. На базе достижений историкопсихологической науки второй половины XX в. Е.С. Сенявская сформулировала проблему психологии комбатантства, введя в отечественную историческую науку такой существенный аспект изучения как военная антропология1.
Слово «комбатант» французского происхождения («combattant») и переводиться как «сражающийся», «ведущий бой», «воин», «боец», «фронтовик». Психология комбатанта - это психология человека на войне, принимающего непосредственное участие в боевых действиях и входящего в состав регулярных вооруженных сил воюющих сторон. Под «комбатантством» можно понимать социокультурный феномен, характеризующий образ мысли и образ мышления людей, вынужденных длительное время прибывать в состоянии
1 Сенявская Е.С. 1941-1945. Фронтовое поколение. Историко-психологическое исследование. М., 1995; Она же. Человек на войне. Историко-психологические очерки. М., 1997; Она же. Психология войны в XX веке: исторический опыт России. М., 1999. Монографии Е.С. Сенявской носят фундаментальный характер и основаны на редких архивных документах, письмах, дневниках, воспоминаниях участников войн и материалах устной истории. В них автор рассматривает «человеческий фактор» в вооруженных конфликтах и характеризует войны, в которых принимала участие Россия в XX в. - русско-японскую, Первую мировую, советско-финляндскую, Великую Отечественную, Афганскую, а также военные кампании против японской армии накануне и в ходе Второй мировой войны, чеченскую кампанию 1994-1996 гг. Е.С. Сенявская раскрывает возникший в XX в. массовый социально-психологический феномен «человека воюющего», показывает, как это явление отразилось в народном сознании и повлияло на судьбу нескольких поколений россиян. Впервые на примерах всех внешних войн России в XX в. анализируются такие проблемы, как психология боя и солдатский фатализм, символы и мифы войны, формирование и эволюция образа врага, поведение человека в экстремальных условиях войны, героический порыв и паника на войне и многие другие.
довому удалось провести своего будущего хозяина мюрида Али. С. Рябов описал как бежавший русский солдат из крымских татар Абдул, проживший среди горцев более 20 лет, спас ему жизнь. Абдул, войдя «в саклю, в которой, кроме своего хозяина, никого уже не было, обратился он к нему с такой речью: “Послушай, Али, я тебе делал много одолжений, ни в чем не отказывал, всегда делил с тобой все опасности и труды, хаживал вместе на разбой и воровство и не раз тебя выручал из беды; сделаешь ли ты для меня то, о чем я тебя буду просить?” - “Сделаю все”, - отвечал тот. - “Побожись!” Тот поклялся ему Аллахом. - “Нет, не верю, обманешь”. Тогда Али берет маленький кусочек земли и проглатывает при нем - знак самой сильной клятвы, нарушить которую редкий татарин решится. Убедившись таким образом в исполнении клятвы, Абдул объявил ему самую суть дела, что русский пленник его - раненый. Известие это как громом ударило Али. Он пришел в ярость на Абдулу, отчего тот не сказал ему вперед и вынудил обманом клятву, которой он никогда бы не дал, заскрипел даже зубами, а все же сказал: “Теперь делать нечего, надо русского лечить”»1.
Большинство участников Кавказской войны были убеждены, что горцы с легкостью нарушали присягу потому, что, по их мнению, Коран освобождал мусульманина от ответственности за обман неверных. Вот какое объяснение этому давал И. Дебу: «Клятва над Алкораном есть главнейшее их обязательство, но как закон Магометов не весьма давно введен между ними, то они, по своему непостоянству, редко далее одного года сохраняют данную клятву: к сему немало способствует врожденное легкомыслие, соделывающее их всегда клятвопреступниками, чему встречались неоднократные примеры. Посему невозможно верить обещаниям, уверениям и клятвам, которые сей народ в разное время и по разным случаям давал командующим на Линии»2. А.И. Полежаев в художественной форме описал повадки «мирных» горцев: «Да, да, естественные воры! / Коль наших нет, так берегись, - / Башку сорвут, как звери злые;
1 Рассказ бывшего у.-о. Апшеронского полка Самойлы Рябова о своей боевой службе на Кавказе // Россия и Кавказ - сквозь два столетия. Исторические чтения. СПб., 2001. С. 349.
2 Дебу И. Указ. соч. С. 54.